– Я немного прихворнул, и вышла заминка. Завтра будем драться!
Цзян Вэй опять привел войско в боевую готовность, но Дэн Ай снова уклонился от встречи. Так повторялось раз пять-шесть.
– Дэн Ай хитрит! – предостерег Цзян Вэя военачальник Фу Цянь. – Надо быть осторожнее!
– Скорее всего, Дэн Ай ждет подкреплений из Гуаньчжуна! – догадался Цзян Вэй. – Они собираются напасть на нас с трех сторон. Но я их перехитрю! Я уже написал письмо Сунь Линю и предложил ему союз в войне против царства Вэй.
В это время конные разведчики донесли, что Сыма Чжао взял Шоучунь и убил Чжугэ Даня, а теперь собирается из Лояна идти на выручку Чанчэну.
– Опять из нашего похода ничего не вышло! – досадовал Цзян Вэй. – Придется уходить, пока не поздно.
Поистине:
О том, как Цзянь Вэй отступал, вы узнаете в следующей главе.
Опасаясь нападения противника, Цзян Вэй приказал пехоте с обозом отступить, а сам во главе конницы прикрывал тыл. Дэн Айю сообщили об этом лазутчики.
– Почуял-таки, что Сыма Чжао близко! – улыбнулся он. – Преследовать не будем, – возможно, врагом подготовлены западни.
Разведчики донесли, что у входа в ущелье Логу действительно сложены большие кучи сухого хвороста, который Цзян Вэй рассчитывал поджечь при появлении противника.
– Вы мудро предвидели опасность! – говорили Дэн Айю военачальники, восхищенные его проницательностью.
Дэн Ай послал гонца к Сыма Чжао с донесением об отступлении Цзян Вэя. Это очень обрадовало Сыма Чжао, и он представил Дэн Айя к награде.
Известие о переходе военачальников Цюань Дуаня и Тан Цзы на сторону вэйцев привело в ярость полководца Сунь Линя, и он приказал предать смерти всю родню перебежчиков.
Государю царства У Сунь Ляну было в то время семнадцать лет. Он был человеком мягким и не оправдывал жестокости Сунь Линя.
Однажды Сунь Лян, прогуливаясь по парку, увидел сливовое дерево и пошел отведать плодов. Но сливы были еще кислые, и он приказал евнуху принести меду. Мед принесли, но в нем оказалось немного мышиного помета. Сунь Лян вызвал смотрителя кладовых и сделал ему выговор.
– Государь, я плотно закрывал мед и не могу понять, как туда мог попасть помет! – оправдывался смотритель, стоя на коленях перед Сунь Ляном.
– Евнух когда-нибудь просил у тебя меду? – задал ему вопрос Сунь Лян.
– Несколько дней назад, но я не посмел ему дать.
– Сознайся, – обратился Сунь Лян к евнуху, – это ты подбросил мышиный помет, чтобы отомстить смотрителю кладовых?
Евнух не признавался.
– Мы сейчас установим истину, – продолжал Сунь Лян. – Если помет долго лежит в меду, он влажный насквозь, а если он попал туда недавно, внутри он сухой. Проверьте!
Оказалось, что мышиный помет действительно был сухой. Припертый к стене, евнух вынужден был сознаться.
Вот как умен был Сунь Лян! И все же Сунь Линь держал его в руках, лишая государя возможности действовать самостоятельно. Этому помогало и то, что все главные должности в армии занимали братья и родственники Сунь Линя.
Однажды Сунь Лян находился в своих покоях. С ним был только один Цюань Цзи – его дядя по материнской линии. Очнувшись от невеселых дум, Сунь Лян со слезами обратился к нему:
– Сунь Линь, пользуясь исключительной властью, в последнее время безрассудно губит людей. Он обижает даже нас! Если не убрать его, он доведет нас до беды.
– Положитесь на меня, государь! – воскликнул Цюань Цзи. – Я готов ради вас пожертвовать жизнью!
– Подберите надежных воинов из дворцовой стражи и поставьте их у городских ворот. Начальником назначьте Лю Чэна. Мы сами справимся с Сунь Линем. Но ничего не говорите своей матушке – она младшая сестра Сунь Линя и может нас выдать.
– Вы бы, государь, прежде чем мы начнем действовать, написали указ, – посоветовал Цюань Цзи. – Возможно, кто-нибудь из подчиненных Сунь Линя вздумает противиться мне, как я иначе смогу доказать, что это делается по вашей воле.
Сунь Лян написал указ; Цюань Цзи спрятал его под одежду и вернулся домой. Дома он обо всем рассказал своему отцу Цюань Шану, а тот – жене:
– Через три дня Сунь Линь будет убит.
– Правильно, его давно надо было умертвить! – сказала жена.
Но согласилась с мужем она только на словах, а сама поспешила предупредить Сунь Линя о грозящей ему опасности.
Сунь Линь, узнав об указе, пришел в бешенство. Ночью он вызвал к себе братьев, поднял войско и окружил большой дворец. Цюань Шан и военачальник Лю Чэн вместе с их семьями были взяты под стражу. На рассвете государь Сунь Лян услышал у ворот дворца барабанный бой.
В покои вбежал дворцовый ши-лан:
– Сунь Линь ввел войско в дворцовый сад!
– Твой дядюшка испортил мне великое дело! – закричал Сунь Лян своей жене, императрице Цюань.
