К западу от небольшого мостика Лю Бэй заметил человека в лисьей шубе и теплой шапке. Он ехал верхом на осле. За ним пешком следовал юноша в черной одежде и нес в руке тыквенный сосуд с вином. Миновав мостик, человек стал нараспев читать стихи:
– Это господин Во-лун! – воскликнул Лю Бэй, услышав стихи.
Поспешно соскочив с коня, Лю Бэй приблизился к человеку и поклонился ему:
– Господин, вам, должно быть, нелегко ездить в мороз! Я уже давно ожидаю вас…
Человек ловко соскочил с осла и ответил на приветствие Лю Бэя.
– Вы ошибаетесь, господин, – обратился к Лю Бэю стоявший позади Чжугэ Цзюнь. – Это не Во-лун, а его тесть – Хуан Чэн-янь.
– Какие прекрасные стихи вы только что прочли! – сказал Лю Бэй Хуан Чэн-яню.
– Это стихотворение из цикла «Песен Лянфу», – ответил тот. – Я как-то слышал его в доме своего зятя, и оно запомнилось мне. Не думал я, что почтенный гость услышит… Я прочел это стихотворение просто потому, что, проезжая через мостик, увидел увядшие цветы сливы, и это зрелище растрогало меня…
– А вы не встретились с вашим зятем? – спросил Лю Бэй.
– Я как раз еду повидаться с ним…
Лю Бэй попрощался с Хуан Чэн-янем, сел на коня и двинулся в обратный путь. Ветер крепчал. Сильнее повалил снег. Лю Бэй с грустью смотрел на высившуюся вдали гору Дремлющего дракона.
Об этой поездке Лю Бэя к Чжугэ Ляну потомки сложили стихи:
Лю Бэй возвратился в Синье. Время пролетело быстро. Незаметно подошла весна. Лю Бэй велел прорицателю погадать на стеблях травы и выбрать благоприятный день. Три дня он постился, потом совершил омовение, сменил платье и отправился снова к горе Дремлющего дракона.
Гуань Юй и Чжан Фэй были очень недовольны и пытались удержать брата от этой поездки.
Поистине:
Если вы не знаете, как братья пытались удержать Лю Бэя, посмотрите следующую главу.
Итак, Лю Бэй дважды понапрасну пытался встретиться с Чжугэ Ляном. Когда он собирался поехать в третий раз, Гуань Юй сказал:
– Брат мой, поведение Чжугэ Ляна переходит все границы приличия! Что вас прельщает в нем? Мне кажется, он боится встретиться с вами, потому что не обладает настоящей ученостью и пользуется славой незаслуженно!
– Ты неправ, брат, – прервал его Лю Бэй. – Вспомни, как в древности цискому Хуань-гуну пять раз пришлось ездить, чтобы взглянуть на отшельника Дун-го. А я же хочу увидеть величайшего мудреца!
– Подумайте, брат, – прервал его Чжан Фэй, – может ли быть эта деревенщина великим ученым? На сей раз ехать вам не следовало бы. Если он сам не явится, я приволоку его на веревке!
– Разве тебе не известно, как сам Чжоуский Вэнь-ван ездил к Цзян Цзы-я? – возразил Лю Бэй. – Если Вэнь-ван так почитал мудрецов, то и тебе следовало бы быть повежливей. Оставайся-ка ты дома, мы поедем с Гуань Юем вдвоем.
– Оставаться мне? А вы уедете?
– Хочешь ехать – не смей дерзить! – предупредил брата Лю Бэй.
Чжан Фэй дал обещание. Они втроем сели на коней и в сопровождении слуг направились в Лунчжун.
Недалеко от дома мудреца Лю Бэй сошел с коня и пошел пешком. Первым ему повстречался Чжугэ Цзюнь.
– Дома ваш старший брат? – поклонившись, спросил Лю Бэй.
– Сегодня вы можете повидаться с ним, вчера вечером он вернулся, – сказал юноша и беззаботно удалился.
– Счастье улыбается мне, я увижу его! – воскликнул обрадованный Лю Бэй.
