Необыкновенные подвиги молодых воинов Гуань Сина и Чжан Бао заставили призадуматься Сянь-чжу, и он со вздохом сказал:
— Наши старые военачальники совсем одряхлели. Теперь мы надеемся лишь на наших героев-племянников, с ними нечего бояться Сунь Цюаня!
В этот момент ему доложили, что приближаются войска Хань Дана и Чжоу Тая. Сянь-чжу стал думать, кого бы из военачальников послать против врага, как вдруг вбежал приближенный сановник и испуганно сказал:
— Государь! Старый Хуан Чжун со своими воинами перешел на сторону врага!
Но Сянь-чжу засмеялся:
— Хуан Чжун не такой человек, чтобы изменить нам! Его глубоко задели наши слова, что старые военачальники больше не совершают подвигов, и теперь он все силы приложит, чтобы доказать обратное!
Вызвав к себе Гуань Сина и Чжан Бао, Сянь-чжу сказал:
— Хуан Чжун может допустить какую-нибудь ошибку, и вам придется помочь ему. Только и сами будьте осторожны!
Молодые воины с поклоном приняли приказ императора и повели свои войска на помощь Хуан Чжуну.
Поистине:
Тот, кто хочет узнать, чем закончился поход Хуан Чжуна, пусть посмотрит следующую главу.
Действительно, храбрейший военачальник Хуан Чжун, оскорбленный словами Сянь-чжу, схватил меч, вскочил на коня, и в сопровождении нескольких воинов помчался прямо в илинский лагерь. Его встретили военачальники У Бань и Чжан Нань.
— По какому делу вы приехали, полководец? — спросили они.
— Я от самого Чанша следую за Сыном неба, — отвечал Хуан Чжун, — и оказал ему немало услуг. Правда, мне уже больше семи десятков, но я и сейчас съедаю по десять цзиней мяса за раз, могу натянуть самый тугой лук и ездить на самом быстром коне. И все же Сын неба сказал, что от стариков нет никакой пользы! Вот я и хочу доказать, что я не стар! Я пришел сюда, чтобы драться с врагом. Пусть Сын неба посмотрит, какой я старик!
Во время этой беседы У Баню доложили, что подходит передовой отряд вражеских войск и конные разъезды уже недалеко от лагеря. Хуан Чжун в один миг выбежал из шатра и вскочил на коня.
Фын Си и У Бань пытались остановить его:
— Вы почтенный военачальник и вам не подобает действовать сгоряча.
Но Хуан Чжун не стал их слушать и, хлестнув коня, умчался. Тогда У Бань приказал Фын Си следовать за стариком.
На полном ходу осадив коня перед войском врага, Хуан Чжун обнажил меч и стал вызывать Пань Чжана на поединок. Пань Чжан выехал вперед в сопровождении военачальника Ши Цзи. Поиздевавшись над старостью Хуан Чжуна, Ши Цзи начал бой и в третьей схватке пал от меча Хуан Чжуна. Пань Чжан пришел в ярость и бросился на старика, изо всех сил вращая над головой мечом Черного дракона. Этот необыкновенный меч достался ему, когда брали в плен Гуань Юя.
Хуан Чжун дрался с ожесточением, и Пань Чжан вскоре понял, что ему не одолеть старого воина. Пустив коня во весь опор, он бежал без оглядки. Хуан Чжун погнался было за ним, но потом передумал и вернулся обратно.
Гуань Син и Чжан Бао встретили победителя такими словами:
— Наш мудрейший повелитель приказал идти вам на помощь. Но вы уже совершили подвиг, и мы просим вас поскорее возвратиться в лагерь.
Хуан Чжун и слышать об этом не хотел.
На следующий день снова пришел Пань Чжан с войском. Хуан Чжун немедля выехал на бой, упрямо отказываясь от помощи, которую ему предлагали и Гуань Син, и Чжан Бао, и У Бань.
Выдержав всего несколько схваток, Пань Чжан обратился в бегство, держа в вытянутой руке меч Черного дракона.
— Стой, злодей! Я мщу за Гуань Юя! — кричал гнавшийся за ним Хуан Чжун.
Так Пань Чжан увлек за собой старика на целых тридцать ли. А там вдруг раздались оглушительные крики — из засады выскочили воины Чжоу Тая, Хань Дана и Лин Туна. К ним присоединился и Пань Чжан, с ходу повернув свой отряд. Хуан Чжун оказался в тесном кольце врагов.
Внезапно налетел бешеный ветер. Старый военачальник пытался отступить к горе, но на ее склоне появился отряд во главе с Ма Чжуном. Ма Чжун выстрелил из лука, и стрела попала Хуан Чжуну подмышку. Старый воин едва удержался в седле.
Противник сразу перешел в наступление, но тут на помощь старику подоспели Гуань Син и Чжан Бао; многочисленный враг бежал.
Раненого Хуан Чжуна проводили в императорский лагерь. Рана сильно болела и кровоточила. Сянь-чжу лично навестил старика.
— Это мы во всем виноваты! — говорил он, поглаживая Хуан Чжуна по спине.
— Я глубоко счастлив, что мне пришлось служить вам, государь, — отвечал Хуан Чжун. — Пожил я достаточно, мне уже около семидесяти пяти лет. Верю, государь, что вы будете беречь себя и еще завоюете царство Вэй!
