— Мы только что возвратились из похода на юг, — возразил военный советник Ма Шу. — Наше войско устало, и надо дать ему отдохнуть. Можно ли сейчас вновь пускаться в далекий поход? Я бы дал вам совет, как убить Сыма И руками Цао Жуя, но не знаю, примете ли вы его…
Чжугэ Лян просил Ма Шу рассказать, что он задумал.
— Сыма И — высший сановник царства Вэй, и Цао Жуй ему завидует, — начал Ма Шу. — Надо в Лояне и Ецзюне пустить слух о том, что Сыма И замышляет мятеж. В доказательство распространите в Поднебесной воззвание от имени Сыма И, призывающее к свержению Цао Жуя, и этого будет достаточно. Вне всякого сомнения, Цао Жуй казнит Сыма И.
Чжугэ Лян принял его совет.
И вот однажды утром на городских воротах Ечэна появилось воззвание, написанное от имени Сыма И. Стража сорвала это воззвание и доставила Цао Жую.
«Полководец юнчжоуских и лянчжоуских войск Сыма И обращается к Поднебесной, — гласило воззвание.
Великий предок, основатель Вэйской династии У-хуанди, перед своей кончиной собирался назначить преемником сына своего Цао Чжи. К несчастью, У-хуанди умер, не успев осуществить своего намерения, и его внук Цао Жуй, нарушив последнюю волю деда, самовольно занял престол.
Ныне я, согласно воле неба и желанию народа, решил поднять войско на защиту справедливости.
В тот день, когда будет оглашено настоящее воззвание, принесите клятву верности новому государю. Кто вздумает противиться, пусть ждет своей гибели! Повелеваю каждому, кто прочтет воззвание, оповещать о нем своих близких».
Прочитав это воззвание, Цао Жуй побледнел от страха и приказал созвать сановников на совет.
— Так вот, оказывается, для чего просил Сыма И отдать ему войско округов Юнчжоу и Лянчжоу! — воскликнул тай-вэй Хуа Синь. — Вспомните слова Цао Цао: «Сыма И смотрит ястребом и озирается волком, ему нельзя доверять большую власть в армии, он может натворить беду». Ныне мятежные замыслы Сыма И дали ростки! Казнить его без промедления!
— Сыма И — искусный стратег, — добавил Ван Лан. — Замыслы его идут далеко. Надо от него немедленно избавиться, иначе будет беда! Самому государю следовало бы выступить в поход…
— Нет! — вдруг громко возразил, выходя вперед, полководец Цао Чжэнь. — Покойный государь поручил наследника своим приближенным, в том числе и Сыма И. Поэтому у него не может быть никаких мятежных замыслов. Послать войско против Сыма И — значит принудить его к борьбе. Думаю я, что это воззвание распространяется из царства Шу, чтобы среди нас вызвать раздоры. Может быть, это им нужно для того, чтобы напасть на нас? Проверьте, государь, где правда, а где — ложь!..
— Что, если Сыма И действительно подготавливает восстание? — спросил Цао Жуй.
— Если вы сомневаетесь, поступите так, как поступил Гао-цзу, когда ему приснился сон, — ответил Цао Чжэнь. — Поезжайте к Сыма И и, если поведение его будет подозрительным, схватите его на месте.
Оставив Цао Чжэня управлять государственными делами, Цао Жуй в сопровождении десяти тысяч телохранителей отправился к Сыма И. А тот, желая показать государю мощь войска, вывел навстречу ему армию из всех своих округов.
— Посмотрите, похоже на правду, что Сыма И собирается оказать нам сопротивление! — говорили чиновники. — Он и в самом деле замышляет мятеж!
Цао Жуй приказал Цао Сю двинуться навстречу приближающимся войскам; Сыма И, не понимая, в чем дело, подъехал к Цао Сю и низко поклонился.
— Бунтуете, Сыма И? — спросил Цао Сю. — А ведь покойный государь оставил своего наследника на ваше попечение!..
Сыма И побледнел и растерялся, его даже пот прошиб.
— Что такое? Я ничего не понимаю! — вскричал он.
Тогда Цао Сю обо всем рассказал ему.
— Это коварные происки царства Шу и Восточного У! — воскликнул Сыма И. — Они хотят смутой подорвать наши силы, а потом напасть на нас! Я должен сам поговорить с Сыном неба!..
Отправив войско обратно в город, Сыма И приблизился к Цао Жую и, почтительно поклонившись, молвил со слезами:
— Мне ли помышлять об измене! Ведь покойный государь оставил вас на мое попечение! Не верьте клевете — это Шу и У стараются нас поссорить! Разрешите мне поднять против них войско и этим доказать мою преданность…
Но слова Сыма И не рассеяли подозрений Цао Жуя. К тому же Хуа Синь шепнул ему:
— Не верьте Сыма И!.. Немедленно отправьте его в ссылку.
Так Цао Жуй лишил Сыма И всех званий, сослал его в деревню, а полководцем лянчжоуских и юнчжоуских войск назначил Цао Сю. Затем Цао Жуй возвратился в Лоян.
Об изгнании Сыма И лазутчики немедленно донесли Чжугэ Ляну. Тот возликовал:
— Давно подумывал я о походе против царства Вэй, и только один Сыма И мешал мне. А теперь, когда он в опале, меня ничто не страшит!
На другой день Чжугэ Лян подал Хоу-чжу доклад о необходимости объявить войну царству Вэй. В этом докладе говорилось:
«Ваш слуга Чжугэ Лян докладывает:
Покойный государь не успел завершить великое дело, и Поднебесная распалась на три царства. Настоящий момент — предел всех бед, сейчас решается судьба государства.
