Я, конечно, испытывала радость очутиться в своём мире, где всё привычно и понятно, но я была не готова отпустить Бьёрка, надеялась уговорить его пойти со мной. Ох, только бы он был жив! Надеюсь, они спали женщин и детей. А что, если он сейчас вполне счастлив, вернув жену? Вполне возможно, и она осознала, какой мужчина ей достался и скоро у них появится ребёнок.
Ревность противно скреблась внутри, подкидывая картинки счастливой семейной жизни моего любимого варвара, но не со мной. Она съедала меня, требуя действий, требуя вернуться и устроить скандал, потребовать, чтобы Бьёрк оставил её и вернулся ко мне. Ревность заставляла строить коварные планы в голове, как избавится от негодной жены и занять её место. Эти мысли настолько меня вымотали, что, не выдержав я вскочила с кровати и выбежала в полутемный больничный коридор.
– Сестра, сестра! – позвала девушку, которая увлечено читала на своём посту.
Она в изумлении посмотрела на меня, а потом вскочила со стула.
– Что случилось? Вам плохо? – спросила озабоченно.
– Очень плохо, – посетовала я, разрываясь от противоречивых чувств, – сделайте мне укол снотворного.
– Но доктор не назначал, – ответила она растеряно.
– Если вы мне не сделаете укол, я сойду с ума! – в панике крикнула, хватаясь за голову и пытаясь усмирить взбесившиеся мысли.
– Успокойтесь, прошу вас, – испуганно проговорила девушка, видя моё беснующееся состояние, – сейчас врача позову. Вернитесь в палату, пожалуйста.
Я всё же послушалась её и зашла в палату, но вместо того, чтобы лечь начала метаться из угла в угол, заламывая руки и пытаясь отогнать мучившие меня видения.
Скоро пришёл доктор, увидев меня в таком беспокойном состоянии, он постарался узнать причину, но я понимала, расскажу причину, и врач решит, что мне пора в дурдом. Поэтому я просто свалила всё на паническую атаку, а чем она вызвана не знаю. После небольшого обследования мне всё же вкололи успокоительное и снотворное, и пообещали завтра прислать психолога. Лекарство подействовало быстро, и я наконец погрузилась в спасительный сон без сновидений.
Утро было тяжёлым, голова гудела, тело ватное, вставать совсем не хотелось. Мне принесли завтрак, но аппетита совершенно не было, поэтому я смогла выпить только чаю. Но состояние было настолько муторным, даже скорей тошнотворным, что весь чай оказался в туалете.
Врач пришёл после завтрака. Сегодня он был задумчив, в руках держал мои анализы. В душе шевельнулась тревога, а вдруг в моём мозгу нашли опухоль или ещё что-то нехорошее? Придвинув стул к кровати, мужчина сел.
– Как себя чувствуете? – поинтересовался он, внимательно глядя на меня.
– Спасибо сносно, – ответила и, видя его беспокойный взгляд, добавила, – я в порядке, честно, вчера просто день был сложный, воспоминания накатили, видимо, нервы сдали.
– Да-да, возможно, – проговорил он, заглядывая в бумаги. – Тея, скажите у вас есть молодой человек? Как регулярно вы живёте половой жизнью?
Этот вопрос заставил меня удивиться. К чему ему такая информация? Может, я ему нравлюсь?
– Нет, я одна, – ответила я, улыбаясь, – а что?
– Эм… – замялся доктор, пытаясь подобрать нужные слова, – в общем, что касается анализов. МРТ показало, с головным мозгом всё в порядке, остальные показатели тоже в норме, но есть одно, но…
– Какое, но? – насторожившись, спросила я, чувствуя, как холодеет душа от страха. – У меня опухоль, да?
– Ну что вы! – возразил врач. – Перестаньте накручивать себя, я же сказал по здоровью всё хорошо.
– Тогда, что? Не тяните доктор, прошу вас! – выпалила, прижимая руки к груди и стараясь унять сердцебиение.
– Вы беременны…
Наверно молния и то бьёт слабее, такой удар я получила, что аж дышать забыла как.
– От кого? – прошептала ошарашенно, глядя на врача.
– Я сам в догадках, – ответил он, разводя руками, – когда вы поступили к нам, анализы не показали этого, а сейчас они уверенно демонстрируют срок три недели. Я перепроверил.
Сказать, что я пребывала в шоке это мягко сказано, я была в эмоциональном хаосе! Как такое возможно? Может меня кто изнасиловал, пока я здесь в коме лежала?
Хотела задать этот вопрос врачу, но он словно сам догадался.
– Я просмотрел видеокамеры из вашей палаты, никого постороннего не было, – проговорил он твёрдо. – Может, перед травмой у вас была связь с кем-то? Тогда вероятность есть.
– Не было, – уверенно сказала я, – у меня тут уже полгода никого не было.
– Что значит "тут"? – не понял доктор.
– Ну, в этом периоде, – исправилась, поняв, что ляпнула лишнее.
– В таком случае я предлагаю написать заявление в полицию, пусть они разбираются с этим делом, – проговорил он, протягивая мне чистый лист бумаги и ручку.
Протянув руку, замерла, мне вдруг пришла в голову сумасшедшая мысль, но в душе росла уверенность, а вместе с ней и радость.
– Не надо, спасибо, – покачав головой, отказалась я, – постараюсь разобраться сама.
– Хорошо, дело ваше, – проговорил врач, не став настаивать. – Надеюсь, вы вспомните отца ребёнка.
