Морон почесал в затылке, представляя себе реакцию капитана Ройтела. Ну, раз он конечно, простит, просто подумает, что Морон сдвинулся. На второй такой раз, поймет, что это не случайность и врежет с правой, как тогда Лансеру. А если и после такого дела послать его в третий раз… То, капитан сумеет убедить управление кадров, что такому психу в полиции не место.
– Ну, так что, Ренд?
– Думаю больше трех раз не прокатит.
– Вот! – со значением произнес Шнерк, довольный тем, что подобрал самую подходящую аналогию. – Вот тут примерно такая же ситуация. На единожды поданную задачу мы можем запустить лишь четыре попытки ее решения, и если не получим нужного результата, нового накопления лептонного потенциала для нее у нас не произойдет.
– А если подождать?
– Но в твоём случае ожидание поможет?
– Только, если начальство сменится.
– Смена твоего начальства, это изменение условия задачи. То есть – другая задача.
– Я понял, Шнерк, – кивнул Морон, чтобы не выглядеть таким уж идиотом. На самом деле он не понял. С одной стороны, капитан Ройтел с натренированным ударом, а с другой какие-то лептоны. Почему только четыре раза? Какой-то постоянный Кайвер. Одним словом – пустое.
Впрочем, зятю он верил, поэтому согласился на четыре попытки. В случае чего, перед капитаном можно как-то отбрехаться, главное запомнить все эти словечки, что наговорил ему зять.
В крайнем случае, придется записать на листочек и заучить.
Шнерк запустил процесс насыщения и, казалось, совсем потерял интерес к происходящему, глядя куда-то в прямоугольник фальшивого окна, на котором транслировался дождь с щебневыми выбросами, что происходило в двух с половиной тысячах километров от их города.
В тех далеких местах это был плохой сезон – полтора месяца люди прятались под бронебойными крышами и за окнами из бронекристалла.
Потом все заканчивалось и почти восемнадцать месяцев стояла прекрасная погода, со всякими там ароматами, цветами и нашествием розовой саранчи, которая пожирала все до самой земли и неслась дальше – к теплым заливам с прибрежной растительностью.
А в месте щебневых осадков в рекордные сроки отрастала зелень и местные жители успевали посадить и собрать урожай, перед тем, как снова погрузиться в погодные аномалии.
Морон это знал по рассказам одного приятеля, с которым познакомился в полицейской учебке. И если бы не слышал это из первых уст, ни за что бы в такое не поверил.
– Ну что, у меня все заряжено, – сообщил Шнерк. – Ты готов?
– А я то что? – пожал плечами Морон, ощущавший себя только зрителем. Правда, очень заинтересованным.
– Ну, хорошо…
Шнерк нажал клавишу и ничего не произошло.
– И что там? Каков результат?
– Никаков. Началось накопление поля для следующей попытки.
Морона вздохнул. Столь холодная реакция Шнерка на результат первой попытки его обидела. Мог бы отнестись к этому с большим вниманием, а то, он едва не зевал и теперь таращился куда-то в потолок.
Со второй попытки тоже ничего не получилось и Шнерк запустил насыщение для следующего этапа, а Морон загрустил.
Ну, что он скажет капитану? Ну да – прочитает с листа или запомнит текст с оправданием. Но капитан этого не забудет. На такие случаи с памятью у него все было в порядке.
Хотя, как-то под праздник «лиссабонской горки» премии недоплатил – так потом полгода с него вытягивали, а он только плечами пожимал: ой, забыл, камрады, в понедельник сделаю. И тянулся этот понедельник не один месяц.
– Третья попытка, Ренд. Ты готов? – снова спросил зять, а Морон так грустно него взглянул, что Шнерк покачал головой.
– Ренд, я хочу тебя предупредить, что третья попытка – главная. В нее переносятся результаты четвертой. Поэтому она показывает результат третьей и четвертой сразу.
– Что ты несешь? Как можно показывать результат четвертой попытки, если она еще не произведена?
– Таков закон биквантового мира, приятель. Я тебе сейчас покажу…
С этими словами Шнерк приподнялся и снял с полки какую-то книгу из вспененного пластика – полная имитация натуральной целлюлозы.
– Что это?
– Справочник по производным динамического квантового замещения. Здесь есть одна формула… Вот, у меня даже закладка имеется.
Морон взглянул на формулу и сдержал вздох. Из понятного там были только «плюсы», «минусы» и знаки аннигиляционных моментов, о которых он в школе писал реферат. А то бы и их не знал.
– Ну и как мне это пригодится?
– Просто, тебе сейчас нужно быть готовым к тому, что может и сработать. Смотри сколько там мусорных доков образовалось.
С этими словами Шнерк запустил на экране ускоренную прокрутку рабочего массива. Строчки пролетали очень быстро и это продолжалось с полминуты, а когда все закончилось, Морон спросил:
– Ну и что?
– А то, что большой выхлоп отработки говорит о приближении к вероятностному максимуму. Следов много.
– А если мало?
– Если мало, значит движение от максимума – в пустоту, то есть в сторону от положительного результата.
– Ну ладно. Если ты это, насытился, давай запускай, а то…
Наверное Морон произнес фразу до конца, но сейчас он этого не помнил. Что-то зашумело в ушах и ребра справа будто обожгло огнем.
