Они могли не оставить образца для анализа, не веря, что эликсир подействует, теперь же кусают локти. А может, оставили немного, но все равно не сумели разложить «Пинк» на составляющие. И не сумеют.
Злорадствуя, я быстро набрала ответ.
«Здравствуйте, Анна!
Ваше предложение заманчиво. Увы, принять его не могу. Сожалею, но все записи о маминой работе над эликсиром сгорели вместе с нашим домом четыре года назад. Я могу дать любую клятву, что их у меня нет и никогда не было.
Отправив письмо, постаралась проанализировать нехорошее чувство, зародившееся в душе.
А что, если мой схрон вскрыли именно из-за записей мамы? Поэтому там все перебито? Кто-то сгонял злость, не найдя желаемое.
И можно даже предположить, что именно из-за изобретения мама и погибла, но я-то знаю имя убийцы и причину… Нет, ее убила Стелла Волкова, которой мешала подруга, видевшая ее грязное белье и даже время от времени помогавшая от него избавляться. Надежнее всего тайны хранят мертвецы.
И все-таки кто-то залез в схрон и все там перевернул. А ранее, когда я возвращалась из столицы в Темные Воды, у сгоревшего дома кого-то заметил и даже опознал Морриган. Если бы не мой ослабленный дар, я бы досмотрела воспоминания, узнав имя. Мог ли это быть кто-то из общины, куда перешла сестра? Разумеется, ведь ведьмы часто гостят у соседей, и эквиум мог видеть женщину в Темных Водах раньше.
Голова кружилась от запутанности ситуации. Кто? Кто устроил обыск в бункере? Да кто угодно! Даже Стелла и та могла искать кулон, чтобы снять с него заклинание подчинения и устранить возможную угрозу обвинения в превышении полномочий.
Уйти с работы я решилась лишь вечером, после того, как радостная Аврора сообщила, что ее отца отпустили домой. Завершился наш разговор тем, что я пообещала завтра вывести ее на окраину городка и дать возможность позвать эквиумов. Раз бабка ею не занимается, кто-то же должен помочь девчонке?
Дома ждал сюрприз — отоспавшийся Герман вновь собирался на ночное патрулирование. Он сидел в кухне в черной футболке и темно-синих джинсах, в полной экипировке охотника на духов, даже меч находился при нем — лежал прямо на дубовой столешнице. Я постаралась на время позабыть, что клинок не раз и не два рассекал бугристо-шипастую плоть воплощенных духов, но тошнота все равно подступила к горлу. Уйдет Волков — сразу же помою стол с мылом.
— Гер, что происходит?
Здоровенный, мускулистый истребитель монстров мрачно усмехнулся.
— Ничего, — он сделал глоток кофе, закрывая кривую улыбку большой чашкой, — такого важного, о чем тебе стоит знать. Спи спокойно, Ника.
— Наверное, правильно, что вы будете патрулировать улицы после столь страшных событий. Одно смущает, Гер. Если угрозы больше нет, то почему на тебе весь комплект защитных амулетов?
— Когда не нужно, ты наблюдательна. — Охотник встал из-за стола, подхватил меч и направился к выходу. — Буду поздно утром. Сладких снов, Ника.
— Удачной ночи, Гер.
Обхватив мой затылок широкой ладонью, Волков властно притянул к себе для поцелуя. Чуть грубоватого, долгого поцелуя со вкусом кофе и сдержанного желания.
Я провела его до ворот, испытывая щемящее чувство сожаления. Красивый и притягательный брюнет, искренне любя, не стал моим мужчиной по-настоящему: я не могла довериться ему, рассказав самое сокровенное. Впрочем, может, я слишком придирчива? И подобная близость существует лишь в сентиментальных книгах и фильмах, никогда не возникая в реальной жизни?
Мысль, что Герман ушел в дозор, полностью экипировавшись, не давала покоя. Я не смогла бы уснуть, не уточнив один момент. И я позвонила Соколовой.
Сначала я услышала музыку и звон стекла. Бар. Кара не спала и не занималась своими ведьминскими делами, она общалась с охотниками, пожелавшими расслабиться в «Стилете», попивая ее фирменную мухоморовку.
— Здравствуйте, Кара. У вас есть минута выслушать меня?
— Приезжай в бар — и я посвящу тебе целый час, — весело отозвалась она.
— Спасибо, у меня парочка вопросов. Часа будет много.
Кара рассмеялась мягким грудным смехом:
— А просто так пообщаться со старухой не хочешь?
— С удовольствием, но я такая трусиха, что боюсь выходить из дома по ночам.
— Бедняжка, — с фальшивым сочувствием в голосе протянула она. — И чего же ты боишься? Одержимых убили, в городе снова безопасно.
— А того, кто проводил для них ритуал? Нашли?
Несколько секунд тишины, а затем Соколова спокойно переспросила:
— Почему ты решила, что кто-то проводил для них? А не они сами?
Воспоминания о нападении в мини-маркете были еще свежи, и я ясно представила одержимого, обратившегося в полузверя-получеловека. Выдохнула шумно и спокойно объяснила:
— Я видела тела тех троих. У них были когти, шипы, то есть в них проросли духи, правильно? Они воплотились, подавив души людей.
