Когда напали пираты, однорукий Биас защищал Пенелопу весь долгий день, убив и ранив больше дюжины захватчиков, пока не угасла последняя надежда — тогда, повинуясь ее суровому приказу, он нехотя отступил и исчез в ночи, словно призрак. Каждый день Пенелопа слышала, как пираты шепчутся о черном демоне, который убивает часовых и отбившихся от остальных пиратов. Антиной обшарил весь остров в поисках Биаса, но так и не нашел его.
Пенелопу в тот день притащили в ее дворец и швырнули на пол перед молодым пиратским главарем. Он пнул ее в лицо и вздернул за волосы вверх. Когда она попыталась его ударить, пират сжал ее пальцы и вывернул, сломав их. Потом пинком послал ее на пол. Почти потеряв сознание от боли, Пенелопа услышала его холодный голос:
— Я — Антиной, сын человека, убитого Одиссеем. Я здесь для того, чтобы отомстить.
— Одиссей не убийца, — ответила она, выплюнув кровь.
— Грязная ложь. Он был на корабле с Нестором и Идоменеем в морской битве против моего отца.
— Три царя в морском сражении? А, да, — сказала Пенелопа, глядя снизу вверх на его длинное угловатое лицо. — Одиссей часто говорил об этом, и теперь я вижу сходство. Твой отец — тот, кого называли Ослиной Мордой.
Он снова ударил ее, сломав нос, потом схватил за волосы и стал бить по лицу снова и снова. Наконец, она без сознания осела на пол, а очнулась в крошечной камере.
Теперь Пенелопа наблюдала, как Секундос Критянин идет к ней; на его плече болтался старый щит. Секундос казался испуганным, на его лысой голове блестел пот.
Нервно посмотрев сперва на Антиноя, он перевел взгляд на Пенелопу и сказал:
— Приветствию тебя, госпожа. Мне жаль видеть тебя такой униженной.
Пенелопа видела, как взгляд его примечает ее искалеченные пальцы, запекшуюся кровь вокруг глаз и рта.
Она ласково улыбнулась.
— Приветствую, Секундос. Тебе следует стыдиться только компании, с которой ты водишься.
— В моей жизни так много стыда, госпожа, что еще немножко не ляжет на мои плечи тяжким грузом.
Антиной засмеялся и отпихнул старого пирата прочь. Потом повернулся к Пенелопе.
— Ты говоришь о стыде в моем присутствии, когда я так хорошо с тобой обращался? Боюсь, я должен поучить тебя манерам!
Он поднял левую руку, чтобы ударить ее. В тот же миг раздался шипящий звук, и стрела с черным оперением, направленная ему в голову, воткнулась вместо головы в предплечье. Антиной закричал от боли и отшатнулся назад.
Пенелопа посмотрела на другой конец зала.
В дальнем дверном проеме, переодетый в нищего, стоял Одиссей с огромным луком Акилиной в руке.
— А теперь, коровьи сыны, — взревел он, — пришло время вам умереть!
Воцарилась ошеломленная тишина. Никто не двигался. Одиссей спокойно наложил на тетиву еще одну стрелу и послал в полет. Стрела вонзилась в горло желтоволосого островитянина, и тот упал на спину мертвым.
Вот теперь разверзся тартар. Некоторые пираты попытались найти укрытие, другие схватились за оружие и ринулись на царя Итаки, но огромный темноволосый воин с двумя мечами заступил им дорогу. Клинком одного меча он рассек горло первого нападавшего, прежде чем вогнать второй меч глубоко в грудь пирата, стоявшего рядом.
Остальные переодетые моряки Одиссея вытащили оружие и бросились в атаку. Одиссей побежал к длинному пиршественному столу в центре зала. Перед ним поднялся человек, Одиссей плечом швырнул его на пол, потом вскочил на стол.
— Я — Одиссей! — прокричал он. — Вам всем теперь конец!
Его голос прогремел, как гром, слова эхом отдались от стропил.
Ахилл и команда «Кровавого ястреба» яростно сражались у дверей, заставляя врага пятиться к центру зала. Одиссей послал стрелу в голову высокого пирата. Еще двое воинов взобрались на стол и ринулись на Одиссея, но тот взмахнул Акилиной, как дубинкой, и лук с треском врезался в лицо первого нападавшего. Тот слетел со стола, Одиссей резко развернулся и пнул второго в колено. Пират с воплем упал.
Копье пролетело мимо головы Одиссея, и он послал стрелу в грудь человека, метнувшего это копье.
Стоявший у трона Антиной сломал стрелу, торчащую из его предплечья, и с криком боли вытащил древко. От его левой руки теперь не было толку, большой палец был парализован. Вытащив короткий меч, Антиной крикнул:
— Одиссей! Смотри, как умрет твоя жена!
Пенелопа отпрянула, когда клинок устремился к ее горлу — устремился, чтобы удариться о щит Секундоса. Старый пират сделал рубящий выпад, но слишком медленно, и Антиной увернулся.
— Ты, предательская шавка! — прошипел Антиной. — Ты привел их сюда! Теперь ты умрешь вместе с ними!
Он бросился вперед. Секундос заслонился щитом, но Антиной упал на одно колено, его меч мелькнул под щитом и воткнулся глубоко в бедро старика. Секундос закричал и упал.
Антиной бросил взгляд вдоль длинного мегарона.
Одиссей спрыгнул со стола и отбросил в сторону лук. Теперь он сражался мечом, неистово рубя направо и налево и пытаясь пробиться к жене.
