Тройная угроза (ЛП) полностью

Она несется в мою сторону.

Вскоре мы будем уничтожены.

Парень осторожно берет меня за руку, пытаясь привлечь внимание. Я удивленно пискнула, отпрянув от него.

— Я в порядке. В порядке. Клянусь. Просто оставь меня в покое, — шиплю я, мой страх больше похож на яд по отношению к единственному в этом переполненной кабинете человеку, готовому мне помочь.

— Лааадно.

Он уходит, исполняя мое желание — смертельное желание умереть.

Форд слегка прихрамывает, но это не уменьшает исходящей от него необузданной мощи. В данный момент он опасен. Он жаждет меня. Пока он приближается, я стараюсь не дрожать. Он лишь очередной монстр, такой же, как мой отец.

Я могу с ним справиться.

Подняв подбородок, я встречаюсь с его темными глазами, мерцающими напряжением. Он не останавливается, пока не возвышается надо мной. Сегодня он пахнет по-другому. Не сливочной сладостью и не морем с нотками специй.

Он пахнет декадентством²¹. Пьяняще. Как дорогой мокко латте, посыпанный корицей. Его запах какой угодно, только не опасный. Он опьяняет.

— Лэндри. — Он будто спрашивает меня. Но в то же время сам подтверждает это. — Хм.

Гул его голоса вибрирует во мне, заставляя дрожать. На нас устремлено множество глаз. Занятия ещё не начались, но мы стоим перед всеми и устраиваем им шоу. Я не могу говорить с ним перед публикой. Но мысль о том, чтобы остаться наедине с этим мужчиной, ужасает. У меня нет выбора.

— Форд.

Он склоняет голову набок, забава превращает его жесткое выражение лица в нечто более знакомое. Это ловушка, в которую я легко попадаю. Мои мышцы слегка расслабляются.

— Ты боишься меня. — Он апатично произносит это, почти зевая.

Неужели меня настолько легко прочитать?

Выпрямив спину, я бросаю на него жесткий взгляд.

— Мне нужно, чтобы ты оставил меня в покое.

Потому что я знаю, что ты избил моего отца, и если это дойдет до него, он окончательно выйдет из себя.

— Оставить тебя в покое? — Его глаза сужаются. — Этого не случится, угу.

— То, что ты сделал с моим отцом… — начинаю я и захлопываю рот, когда несколько студентов бросают на нас взгляды.

— Продолжай, — призывает Форд, его голос звучит низко и смертельно опасно. — Я слушаю.

Его насмешки одновременно сбивают с толку и сводят с ума. Мои мысли разбегаются в тысячу разных направлений. Я не понимаю его, особенно сейчас, но это ноющее любопытство говорит, что я хочу его понять. Хотя бы для того, чтобы лучше знать, как вести себя с моим новым противником.

— Мы можем поговорить? — бормочу я, не в силах связать и пары слов. — Наедине?

Темная бровь приподнимается, и он ухмыляется.

— Наедине?

— Я не буду делать это перед всем чертовым классом, — огрызаюсь я, мой страх быстро перерастает в гнев.

Как он посмел ворваться в мою жизнь и всё перевернуть.

Она и так в полном беспорядке. Мне не нужно ещё и его вмешательство.

— Дерзкая. — Он хихикает, мрачно и коварно. — Тогда пойдем в укромное место, колючая принцесса.

Колючая принцесса.

Я предпочитаю Прачка или дорогая, а не это дурацкое прозвище.

Когда я не двигаюсь с места, он наклоняется и берет меня за руку. Она кажется липкой в его большой, сильной руке. Он тянет меня за собой, направляясь к двери.

Марш смерти.

Самоубийство.

И всё же, я не бегу.

Я позволяю ему увести меня подальше от безопасности других людей.

Холод пробирает меня до костей, как только мы выходим из аудитории. Он медленно хромает, ведя меня через ряд коридоров, пока я не понимаю, куда мы идем. Людей становится всё меньше и меньше.

— Ты не пострадал, пока избивал моего отца?

Он останавливается на середине шага, скосив глаза в мою сторону.

— Что я сделал?

— Избил моего отца.

— В одиночку?

Я хмуро смотрю на него, сбитая с толку его словами. Папа только лишь сказал, что на него набросились. Не было никакого упоминания о более, чем одном нападавшем.

Мой отец не совсем слабый мужчина, но Форд молод и силен. Он мог бы с легкостью одолеть моего отца в поединке. В одиночку. Но всё в его выражении лица говорит мне, что нападавших было больше, чем один.

У меня нет времени размышлять об этом, поскольку он затаскивает меня в туалет для инвалидов. Как только дверь закрывается, он защелкивает её на замок.

О Боже.

Я осталась с ним наедине.

Его рука дергается к моему лицу, и я по привычке вздрагиваю. Но вместо того, чтобы ударить, он хватает мою челюсть и наклоняет лицо в разные стороны, словно изучая каждую деталь. Всё, что я могу сделать, это смотреть в ответ, ненавидя то, насколько привлекательным он мне кажется, даже когда ведет себя так.

— Ты совсем на неё не похожа. — Его слова звучат в мой адрес почти зло. — Ничем.

— На к-кого?

Он проводит большим пальцем по моей нижней губе, почти болезненно оттягивая плоть в сторону. Затем он просовывает большой палец между моих губ. Я прикусываю его, потому что не хочу, чтобы он был у меня во рту. Я вообще не хочу, чтобы он ко мне прикасался. Он шипит от боли и кривит губы.

О Боже.

Я разозлила его.