— Выбирай, что хочешь. Я тебя еще не поздравлял. У нас дома тоже посмотришь.
Ругаться не хотелось. Я дышала его магией и что-то отзывалось во мне.
Мастерская, действительно, оказалась рядом. Нас провели через затемненный коридор, через кухню, очень скромную, через комнату, завели в зальчик, уставленный стеллажами и металлическими шкафами.
Ювелир выдвигал ящички, подходя то к одному, то к другому.
— Выбирай!
Протянул мне лоток. Я ахнула, полудрагоценные камни, поделочные, отдельно лежали цепочки из металлов, сплавов, серебра. Выбирала по десятку всех камней: аквамарин, аметист, топаз, хризолит, чудная бирюза и кошачий глаз. Остановила себя силой. Агат, очень красивый турмалин, и янтарь, крупный, удивительный. Не выдержала, подошла к цепочкам, посмотрела на ректора, он кивнул. Собирала те сплавы, что отзывались мне. Отложила некоторые серебряные цепочки, на них стояла проба, но они молчали совсем, явно там были примеси, протянула ювелиру:
— Проверьте, тут примесей гораздо больше, мне кажется.
Лоток получился полный, тяжелый.
Ювелир сидел в уголке, рассматривал подозрительные цепочки, отложил их, вздохнул. Вытащил старенькие счеты, очень лихо подсчитал, махнул ректору двумя открытыми ладошками, потом одной. Честное слово, я и на калькуляторе так быстро бы не справилась.
Попрощались мы очень тепло, он приглашал заглядывать, вкусы мои понял, подберет что-нибудь. Водитель нас отвез в «Парацельс», я оставила рюкзачок в кабинете у Ксении. Она спросила:
— Какие планы?
— Ксения Александровна, мне нужно в магазин, в женские отделы, одежда, обувь, гигиена.
— Тогда план предлагаю такой, — она покосилась на ректора, — одежда и обувь через дорогу, идем все вместе, потом возвращаемся, Андрис как раз освободится, перекусим, и мы с Лерой в салоны уже без вас, мальчиков. А там решим, по вечеру, куда мы. Театры, кафе, выставки. Хорошо?
— Я бы хотела доктора повидать, Евгения Максимовича, и директора детского дома. Не получится?
— Лер, посмотрим, завтра у тебя еще время часов до четырех. Магистр, каким вы временем располагаете?
— Завтра с Лерой и вернусь, Андрис меня заменит, уйдет сегодня.
— А, тогда поняла, выходим.
Я промолчала.
Как давно не была в маркетах! Глаза разбегались, без Ксении было бы очень трудно. Она вела целенаправленно, явно зная, куда. Правда, отделы дорогие, но она подвела к скидкам. Ну вот, уже можно смотреть без содроганий. Пока мы меряли джинсы и костюмчики, ректор купил мне новый рюкзачок, со вкусом у него хорошо, я бы такой же выбрала. На вид маленький, но разворачивается, и очень женственный. Положили отобранные вещи кассиру, я вытащила деньги. Ректор подошел — оставь, Лера.
— Простите, я сама рассчитаюсь.
— Лера! — ректор обиделся.
— Девушка, — кассир вмешалась, — пусть мужчина платит. Будь у меня такой, я бы давно из общежития выехала. И вообще!
Ксения просто дернула меня за руку и повела к выходу отдела:
— Ты за другое оплатишь, пиццу возьмем, три круга. Лера, он твой, понимаешь, твой родственник.
— Ксения Александровна, и что? Еще и за Академию, может, мне вообще сесть и ножки свесить?! Посоветуйте мне подработку, Ксения Александровна.
— Лера, я на одном факультете училась, и то вздохнуть было некогда, а ты еще и целительство хочешь прихватить. Не волнуйся, хороший специалист сторицей вернет. Знаешь, — перешла на шепот, — он вообще счастлив, у него никого же нет, отношения у нас близкие, конечно, но служебные все-таки.
— А он и не был женат?
— Нет. Оборотни трудно выбирают, но на всю жизнь. Он молодой, лет на сто или больше моложе Андриса.
— Мне сэнсэй сказал, у него есть невеста, вы просто не знаете. Пойдемте за пиццей.
Я повернулась и пошла в отдел к пицце, не потеряют. Самых больших было как раз три, еще горячих.
Ксения подождала ректора, но не говорила с ним, я смотрела. Мы вернулись в «Парацельс», магистр Андрис как раз освободился и страшно обрадовался пицце:
— Лепешечки!
Ксения кивнула:
— Мальчикам по лепешечке, Лер, а мы одну осилим?
Я ужаснулась:
— Нет, я кусок, ну, два. Может быть.
— Мы поможем, — бодро заявил магистр, — да, Рон? Мы не оставим вас в беде!
Мы съели с Ксеней по куску, я наелась. Второй кусок мы поделили и ели уже без аппетита. И обе завороженно смотрели, как мужчины едят по лепешечке. Правда, съели! Нам даже интересно стало, мы подвинули свою пиццу им. И они легко доели! Легко! Отец не смог бы. Или я не обращала внимания, не знаю. Я прямо с уважением на них посмотрела.
— Лера!
— А?
— Лера, идем, я записала нас везде, — Ксения хитро посмотрела и мы пошли, неведомо куда.
— Куда мы?
— В секретное место для прекрасных дам. И салон белья там же.
Белье оказалось очень дорогим, но я купила все, что мне показали. На два года точно. Это произведение искусств, оно того стоило.
Но секретное место! Если б я знала раньше, это первый и последний раз. И в грязь окунали, и волосы всем подряд мазали, за пятки щекотали, пальцы вообще почти обрезали, и все одновременно. Брови.. где мои брови? Это я?
— Да! А это я!
