С одной стороны, я была счастлива, что братья наконец-то обрели друг друга, как им и было предназначено судьбой. Подмена лишила Риза замечательного, самого классного на свете старшего брата. А с другой — теперь я сама панически боялась потерять брата.
Из раздумий меня вырвал Дункан:
— Можно мне воды?
— А почему нельзя? — Я глянула на него с недоумением.
— Ну, некоторые трилле не любят, когда искатели просят у них что-нибудь.
Дункан прошел к холодильнику за бутылкой воды. Мэтт обучал Риза переворачивать одним подбрасыванием черничные оладьи.
— А что тогда вы пьете и едите? — спросила я у Дункана.
— Покупаем. — Дункан открыл дверцу холодильника и протянул мне бутылку с водой: — Хотите, ваше высочество?
— Да, — ответила я чуть растерянно, и Дункан поднес мне воду. — Ты уже давно занимаешься этим?
— Почти двенадцать лет. — Дункан открыл бутылку и жадно отпил. — Самому не верится, что так долго.
— А ты что, правда лучший? — Я постаралась, чтобы в моем голосе не прозвучало сарказма.
Дункан был откровенно заворожен проворством Мэтта в изготовлении блинчиков. Он такой прямодушный, в нем нет и следа сдержанности и церемонности Финна, но, может быть, в этом главное его достоинство. Чем меньше он похож на Финна, тем лучше.
— Нет, — просто ответил искатель, и если мой вопрос и смутил его, то он не подал вида. — Но из лучших. Моя внешность обманчива, но отчасти благодаря этому я и хорош. Люди меня недооценивают.
Манерой говорить Дункан мимолетно напомнил мне персонажа из фильма «Крик». Наверное, в нем была капелька такого же простого мальчишеского обаяния.
— Тебе никто не говорил, что ты напоминаешь шерифа Дьюи из «Крика»?
— Дэвида Аркетта, что ли? — спросил Дункан. — Да я же не такой придурок с виду!
— О да, определенно, — кивнула я с улыбкой.
Пусть Дункан и не в моем вкусе, но вполне привлекателен, да и обаяния не лишен.
Риз разразился проклятьями, потому что оладушек смачно шлепнулся на пол. Мэтт терпеливо объяснял ему, что и как нужно делать. Он наставлял его тем же самым тоном, каким учил когда-то меня завязывать шнурки, ездить на велосипеде, водить машину. Было так странно видеть, как мой старший брат опекает кого-то другого.
— Венди! — раздался пронзительный возглас.
Я обернулась. Это была Вилла. Через миг она уже прижимала меня к себе, тискала что есть мочи.
— Как я рада, что с тобой все хорошо!
— Ух… Привет! — пискнула я, с трудом вырвавшись.
Вилла Стром немного старше меня, и она единственная из трилле, кто называет меня по имени, а не «принцесса». Я даже думаю, что именно поэтому мы и подружились. Единственный друг Элоры, Гаррет Стром, — это отец Виллы. А когда Финн бросил меня первый раз, Вилла проявила удивительную доброту и сочувствие. Если бы не она, церемония крещения превратилась бы для меня в пытку и без помощи витра.
— Папа сказал, что тебя похитили витра и что никто толком не знает, что происходит на самом деле. — Вилла бывала временами кичлива, но сейчас тревога на ее лице была абсолютно искренней. — Как только я услышала, что ты вернулась, сразу же кинулась во дворец. Я так рада, что ты здесь!
— Я тоже, — ответила я — без особой уверенности, что говорю правду.
— Дункан? — Вилла как будто только что его заметила. — Вы меня разыгрываете? Не может быть, чтобы Элора назначила тебя личным искателем Венди.
— Видите, видите? Недооценивают. — Дункан улыбался. Казалось, он даже гордится таким отношением.
— Бог ты мой, я обязательно поговорю с отцом. — Вилла покачала головой, и ее идеально уложенные светлые локоны запрыгали в такт. — Это занятие не для него.
— Что здесь со мной может случиться, во дворце?
Вилла посмотрела на меня многозначительно, но, к счастью, ничего не успела сказать, потому что Мэтт объявил, что завтрак готов.
Дело в том, что, когда я посвящала Мэтта в тонкости и трудности судеб трилле, я намеренно умолчала про налет витра на дворец и про то, что Орен — мой отец. Я побоялась, что для него это будет слишком.
— Присоединитесь к нам? — спросил Мэтт. — Мы напекли целую гору.
— А это что? — Вилла сморщила носик. — Ой, нет. Ни за что.
— Вкусные, попробуйте. — Мэтт поставил тарелку перед девушкой.
Не имею представления почему, но трилле очень избирательны в еде. Мы едим свежие фрукты и овощи, но вот к сокам лично я равнодушна, зато вина иногда могу выпить. Оладьи готовят из муки и сахара, так что они никогда меня особо не прельщали, но чтобы не расстраивать Мэтта, я их ела.
— Ты что, на самом деле собираешься это есть? — Потрясенная Вилла смотрела, как я придвигаю к себе тарелку.
Мэтт достал тарелку и для Дункана. Уверена, что Дункан был в таком же восторге от этого предложения, как я и Вилла, но послушно подчинился судьбе и тоже взялся за вилку.
— Это довольно вкусно, — сказала я.
Всю жизнь меня уверяли, что блины и оладьи — это вкусно, хотя я никак не могла понять, как люди могут разобрать вкус блина после того, как щедро обмакнут его в сироп. Именно так поступили Мэтт и Риз, а я и Дункан от сиропа отказались — возможности наших вкусовых рецепторов не безграничны.
