Из нее выйдет блестящая графиня, когда они с Тамосом перестанут шпилиться по углам и объявят о неизбежной помолвке. Он надеялся, что это произойдет скоро. Если кто-то на свете и заслуживал толики счастья, то это была Лиша Свиток. Ночь, даже Арлен нашел жену, а он был безумнее бешеного мустанга.
В зале воцарилась тишина, и Рожер увидел пульсирующие огни, сопровождающие демонстрацию Аманвах. Когда все закончилось, голос его дживах ка возобладал над собранием и загремел могучим заклинанием.
Аманвах не нуждалась в наставлениях Рожера. Даже простые красийцы могли потягаться с энджирсским королевским двором в мастерстве драматических выступлений, и если Тамоса воспитали принцем герцогства, то первую жену Рожера – принцессой мира. Она завершила речь с такой бесповоротной окончательностью, что Рожер стал ждать скорого выхода целительниц, но сбор растянулся еще на часы в дебатах о форме, которую примет новая гильдия травниц Лиши. То, что Лиша возглавит оную, никто не оспаривал, но в отношении прочего женщинам было что сказать.
Ожидание не тяготило Рожера, и он рассеянно наигрывал на скрипке новые мелодии, а в голове роились мысли о Кендалл. О ее запахе, таланте, красоте. О ее поцелуях.
Прошло всего несколько часов, а третья жена уже казалась сном.
«Но нет же, – подумал он. – Это и вправду случилось. Завтра Аманвах собирается посетить мать Кендалл, и Недра разверзнутся».
Нервы натянулись, как струны, и Рожер сыграл колыбельную, которую пела ему матушка, желая успокоить.
«Вряд ли тебя вытурят из города, – сказал он себе. – Ты скрипач-колдун Меченого и нужен Лощине».
Но он уже подарил ей «Песнь о Лунном Ущербе». Так ли уж нужен еще?
«Надо переговорить с Лишей, – сообразил он. – Она поймет, что делать. Она умеет постоять за себя, если возникает скандал».
Он глубоко вздохнул, когда собрание наконец закончилось и женщины начали выходить. Его жены, не тратя зря времени, направились к нему. Не обращая внимания на сверлящие взгляды, они шагали в исполненной достоинства спешке, и вот уже обе благополучно разместились в пестрой карете.
– Уезжаем быстрее, – сказала Аманвах. – Хоть я и согласилась научить этих женщин лечению хора, у меня нет желания терпеть их взгляды дольше, чем нужно. Как будто я живой упрек им за глупое и трусливое бегство от сил моего блистательного отца.
– Это одна точка зрения, – заметил Рожер. – Вряд ли они согласятся с тобой после пожаров и убийств, от которых сбежали.
– Всякое учение чревато синяками и ссадинами, муж, – возразила Аманвах. – Они все поймут, когда отец поведет их к победе в Шарак Ка.
Рожер не стал спорить.
– С такими речами ты останешься здесь без друзей.
Аманвах испепелила его взором:
– Я не дура, муж мой.
Рожер вычурно поклонился.
– Прости, дживах ка. У меня этого и в мыслях не было.
Он подумал, что сарказм выйдет ему боком, но Аманвах, как многие королевские особы, приняла раболепие за чистую монету и как должное.
– Ты прощен, муж. – Она кивнула на ступеньки кареты. Рожер так и не поднялся внутрь. – Мы едем?
– Поезжайте вперед, – сказал Рожер. – Мне надо переговорить с Лишей.
– О Кендалл, конечно, – кивнула Аманвах.
Рожер моргнул:
– …И ты не против?
Аманвах пожала плечами:
– Госпожа Свиток действовала как сестра, устраивая наш собственный брак, и говорила честно. Если ты хочешь получить от нее совет насчет контракта, это твое право.
«Совет насчет контракта, – подумал Рожер. – То есть о выкупе можно поторговаться, но свадьба неизбежна».
– А если она скажет, что выбор плох? – спросил он.
– Сестра вправе выразить подобное беспокойство. – Аманвах холодно взглянула на Рожера. – Но лучше бы ей высказаться обоснованно, не как иные землепашцы-ханжи.
Рожер сглотнул, но кивнул. Он закрыл дверцу и отступил, а Аманвах позвонила в колокольчик, и возница взял курс на харчевню Шамавах.
Травницы же кто возвращался в личные экипажи, кто уходил по дороге группами, оживленно переговариваясь и прижимая к себе врученные Лишей книги.
– Я слишком стара, чтобы снова идти в подмастерья, – говорила одна карга, когда Рожер приблизился. От нее исходил сухой и затхлый запах курений и чая.
– Вздор, – возразила Лиша.
– Я уж не та, что прежде, – твердила карга, как будто не слыша. – Не могу таскаться сюда и обратно.
– Я организую занятия в твоем баронстве, – сказала Лиша. – У меня есть подмастерья, которые обучат тебя основам меточного ремесла и помогут учить твоих помощниц.
– Распотроши меня демоны, если я буду брать уроки у девчонки, которая и закровить-то не успела, – фыркнула старуха. – И у меня уж десяток лет не было подмастерьев. Я отошла от дел еще до прихода красийцев.
Взгляд Лиши посуровел.
– Нынешние времена мрачны для всех, травница, но ты и учиться будешь, и подмастерьев наберешь. Графство Лощина не поступится ни одной жизнью из-за того, что ты слишком упряма и не желаешь изменить привычки.
Глаза женщины округлились, но она благоразумно не стала спорить. Лиша же увидела Рожера и повернулась к нему, отослав строптивую травницу величаво, как мать-герцогиня.
– Ты разве не уезжаешь с женами? – спросила Лиша.
