— Я хотела. Очень хотела. Или просто забрести подальше в болота, заблудиться, ухнуть в какую-нибудь яму и даже не пытаться оттуда выбраться. Вся эта возня казалась такой… бессмысленной.
Наступило долгое молчание. Джейн все так же вертела в руках бокал. Винтер осторожно — все-таки слишком давно она ни к кому не прикасалась по собственной воле — протянула руку и положила ей на плечо.
— И все же ты справилась. Ты победила. — Она легонько похлопала Джейн по плечу, всей душой надеясь, что этот жест получился ободряющим, как ему и положено. — Ты одолела Ганхайда и миссис Уилмор, ты всего добилась. Оглянись вокруг — все это твоя заслуга!
— Ты не понимаешь, — безжизненно проговорила Джейн. — Я совсем не хотела… я думала…
Она судорожно сглотнула. Винтер, не зная, что сказать, промолчала.
— Я не собиралась устраивать революцию в «Тюрьме миссис Уилмор», — наконец вымолвила Джейн. — У меня и в мыслях такого не было. Я пришла туда за тобой.
Ох.
Винтер на долю секунды зажмурилась.
— Каждый день, с тех пор как сбежала от Ганхайда, я думала о тебе, о том, что ты осталась в «тюрьме», и… о том, что сделают с тобой рано или поздно. Я не могла не вернуться! Вот только вышло это не сразу, потому что нужно было скрываться, а потом…
— А потом меня в «тюрьме» уже не было, — проговорила Винтер.
Чувство вины со всей силой обрушилось на нее, тисками сдавив горло. Все эти годы она считала себя предательницей из-за того, что не сумела той ночью освободить Джейн. Проклинала свою трусость… но то, что случилось потом, было еще хуже. «Я бежала в Хандар, будто за мной гнались все демоны преисподней. Мне никогда даже в голову не приходило вернуться за Джейн, помочь ей спастись от Ганхайда, вызволить других девушек, которые остались в „тюрьме“. Я просто бежала без оглядки, пока не нашла место, где, казалось, никто не сможет меня отыскать».
— Хорошо, что ты оттуда сбежала, — сказала Джейн, по-прежнему неотрывно глядя на свой бокал и не замечая душевных терзаний Винтер. — Тошно думать, что ты могла бы хоть на минуту дольше задержаться в этой дыре. И все же, когда я вернулась и мне сказали, что ты исчезла и
Она стиснула бокал с такой силой, будто намеревалась раздавить его о ладонь.
— Прости меня, — шепотом проговорила Винтер.
— Не надо. Я ведь уже сказала, что ни в чем тебя не виню. Ты поступила так, как должна была поступить.
— Прости. — Казалось, сейчас она только и была способна, что повторять это слово. — Джейн, я…
— Хватит извиняться!
— Но…
Джейн развернулась, схватила ее за плечи и рывком притянула к себе. Винтер с силой зажмурилась, сжалась, непроизвольно ожидая удара, но вместо этого Джейн впилась губами в ее губы.
Поцелуй длился целую вечность. Она ощущала вкус выпитого Джейн вина, вдыхала запах ее кожи, осознавала щекочущий холодок слезинки, что скатилась по щеке Джейн и остановилась на кончике носа Винтер. Руки Джейн соскользнули по ее спине и сомкнулись ниже талии, теснее прижав их друг к другу, и сквозь слои одежды она чувствовала жар, исходивший от тела подруги.
Наконец та отстранилась, тяжело дыша, но так и не разомкнула рук. Винтер била дрожь, а голова кружилась, словно она выпила не один-единственный бокал вина, а всю бутылку.
— Все хорошо, — проговорила Джейн. — Ты здесь, а прочее уже неважно.
Она лишь кивнула, зачарованно глядя в колдовские зеленые глаза.
Наконец это бесконечно долгое мгновение завершилось. Мышца в ноге Винтер, изнуренная долгим хождением по улицам, выбрала именно этот миг, чтобы возвестить о своем недовольстве резкой судорогой; она пошатнулась и едва не упала. Джейн поддержала ее и увлекла к матрасу. Винтер с шумом плюхнулась, и Джейн упала рядом, потянулась, закинув руки над головой и по-кошачьи выгнув спину.
— Боже, — выдохнула она. — Знаешь, стоило рассказать об этом, и мне сразу полегчало.
— Мне нужно… — Винтер помотала головой, все еще преодолевая дурноту. Мягкий матрас показался ей вдруг необыкновенно притягательным. — …поспать, я думаю. День был долгий. Может, у вас найдется свободная койка?
Джейн искоса поглядела на нее.
— Я могу сказать девчонкам, чтобы приготовили для тебя комнату. Места у нас хватает.
— Спасибо.
— Или, — продолжала Джейн, — ты можешь остаться здесь.
— Здесь?
Наступила долгая неловкая пауза — Винтер озиралась, пытаясь отыскать взглядом запасной тюфяк. И только потом до нее дошло, что имела в виду Джейн:
— А… здесь, с тобой.
Джейн опять улыбнулась:
— Да, здесь, как ты и сказала, со мной.
В глубине души Винтер отчаянно захотелось согласиться. Ее тело до сих пор ныло при воспоминании о том, как Джейн прижималась к ней, — и это чувство не имело ничего общего с утомительным хождением но городу. И однако она не могла побороть панический страх, который всколыхнулся при одной мысли об этом, — глубоко въевшаяся потребность бежать от какой бы то ни было близости.
— Я… не могу, — после паузы пробормотала она.
