– Разрешите, мой правитель? – сказал Мави Безбур и поднялся. – Я должен был выступить два дня назад. Но я ждал от коллег главного вопроса: какими средствами располагает Совет? Так вот, денег в казне осталось на пятьдесят восемь дней. По приказу правителя прииски перестали сдавать камни в отделения тезарского банка. Первая причина: банк принимает камни по непомерно заниженной цене. Вторая: служащие банка оказались нечисты на руку. Соответственно, притока в казну нет. Нам нужен свой, государственный банк. Для его создания необходим уставной капитал, который формируется из казны. Круг замкнулся.
Лица советников вытянулись. Не ожидали…
Первым пришёл в себя Ярис Ларе:
– Ну и как нам прикажете работать без денег?
Мави пожал плечами:
– Возьмите в каком-нибудь отдалённом селении тяжелобольного ребёнка и донесите его до больницы на руках.
– Зачем?
– Пока вы несёте, обливаясь потом и страшась за жизнь малыша, вас посетят с десяток идей, как позаботиться о здоровье народа сейчас, а не через десять лет, когда будут построены сотни больниц. Если идеи не появятся – значит, вы занимаете чужое место, советник Ларе.
– Интересно, какие идеи посетили вас, – сказал Орэс.
– Старший советник! Я хочу извиниться перед вами за своих коллег и прошу присоединиться к нам, – проговорил Мави и, когда Малика вернулась в кресло, взял со стола бумаги. – Предлагаю провести в Порубежье ювелирную выставку-аукцион, на которой мы сможем продать удержанные драгоценные камни. Прошу проголосовать, не вдаваясь в подробности.
Заседатели подняли руки.
Адэр сжал подлокотники кресла:
– Принято!
Есть первое решение!
– Далее, – сказал Мави, глядя в записи. – В стране работает сто двадцать пять иностранных предприятий, налоги идут мимо нашей казны. Предлагаю провести модернизацию экономики…
– Говорите о финансах, экономику оставьте мне, – произнёс человек с глубокими залысинами на висках.
– Дослушайте до конца, советник Кольхаас, – проговорил Мави миролюбивым тоном. – Предлагаю провести модернизацию экономики путём регистрации международных концернов и компаний, не требуя открытия их представительств в Порубежье. Пусть работают где угодно, а налог с чистой прибыли платят нам.
– Чем вы собираетесь их заманить? – поинтересовался Кольхаас.
– Самая высокая налоговая ставка в мире составляет тридцать процентов, минимальная – пятнадцать. Я подготовил проект закона, который предусматривает семь процентов.
– Не маловато?
– С миру по капле – река в казну.
– Сомневаюсь, что сработает, – отозвался Орэс.
– Если не сработает, я попрощаюсь с креслом советника.
– И с авторитетом, – добавил Кольхаас.
– Не ставьте точку, коллега. Я только начал работать. Когда мои идеи иссякнут, вы узнаете первым, – сказал Мави и с довольным видом сел.
– Спасибо вам за подсказку, – произнёс Вилар. – Трасса Маншер – Партикурам проходит через шесть стран в обход Порубежья. Обе стороны платят впечатляющие дорожные сборы. Я предложу им построить дорогу напрямик. Лично разработаю выигрышный маршрут, который позволит мне заняться второстепенными дорогами.
– Тысячи наших граждан получат работу, – откликнулся советник по социальным вопросам. – Поддерживаю.
– Поддерживаю, – один за другим проговорили мужи.
Адэр достал из папки документ:
– Я составил договор, согласно которому Тезар временно возьмёт на себя представление интересов Порубежья на дипломатическом уровне во всех странах. Прошу ознакомиться.
Орэс округлил глаза:
– Мой правитель…
– Вы же не хотите, чтобы Порубежье оставалось страной на бумаге, советник Лаел? – сказал Адэр и пустил документ по кругу.
– Во сколько нам обойдётся сие удовольствие? – спросил Юстин.
– Как бы парадоксально это ни звучало, Тезар наш должник. И всё благодаря махинациям своего банка. Бойвард и Партикурам тоже наши должники. Из-за их халатности на границах в Порубежье стекается всякий сброд. Советник Бархат, я ни на секунду не сомневаюсь, что Партикурам согласится строить дорогу, чтобы хоть как-то восстановить репутацию. А с Бойвардом начните переговоры о телефонном, телеграфном и почтовом обслуживании Порубежья. Пусть даже временном. – Адэр сложил на столе руки. – И наконец, уму непостижимый факт: Ракшада нам тоже должна. В замке содержится нарушитель границы и работорговец – родной брат хазира Ракшады.
Советники закрутились, зашептались.
Адэр похлопал ладонью по столу, призывая мужей к тишине:
– Только не говорите, что вы этого не знали. Пресса вторую неделю гудит. Или вы следите только за тем, как обсуждают простолюдинов за столом моего Совета? – Откинулся на спинку кресла. – Пресса гудит, а хазир молчит. И пусть молчит. Каждый день его молчания увеличивает размер выкупа.
Адэр наблюдал, как советники читают договор с Тезаром. Одобрительно покачивая головами, передают бумагу дальше. Заседание превзошло самые смелые ожидания. Разум выводил рулады, а внутренний голос наперекор ему скрипел. Единство и взаимопонимание людей – вещь хрупкая и недолговечная. Что запоют мужи в следующий раз?
