Проём в противоположной стене был завешен грубой тканью. Охранитель приподнял полог, и Адэр ступил в огромный архив, сплошь заставленный шкафами и стеллажами. В свете белых ламп на потёртых корешках книг поблёскивали остатки позолоты, серели самодельные обложки из картона. Кое-где на полках лежали свитки, обмотанные декоративными шнурами.
Из-за стола, втиснутого между шкафами, поднялся человек. Сильно сутулясь и подволакивая левую ногу, пошёл навстречу Адэру. Дымчатый балахон доставал до пола, морщинистые руки прижимали к груди седую бороду, волосы спадали на угловатые плечи, очки с большими стёклами сильно увеличивали водянистые глаза.
Старик остановился в трёх шагах и поклонился.
– Мой правитель… – прозвучал надтреснутый голос.
– Ты и есть летописец?
– Кебади, внук Шаана, к вашим услугам.
– Внук?
– Да, мой правитель. Внук.
– Что же такого совершил твой отец, если ты пропустил его имя?
– На моём отце династия летописцев сделала передышку, – произнёс Кебади, буравя Адэра пытливым взглядом.
– А ты, значит, перешагнул через отца и возродил династию, – сказал Адэр, наблюдая, как охранитель осматривает проходы между стеллажами.
– Кебади, внук Шаана, к вашим услугам, – повторил старец и указал на стул, приставленный к столу. – Прошу вас.
Адэр опустился на обитое выцветшим гобеленом сиденье и закинул ногу на ногу:
– Я ни разу тебя не видел.
– Я редко покидаю архив.
– Чем ты здесь занимаешься?
Кебади уселся за стол, закрыл толстую книгу, зачем-то передвинул с места на место чернильницу:
– Сохраняю историю страны.
– Историю, которую ты не видишь.
– История приходит ко мне сама.
Адэр посмотрел по сторонам:
– Это всё архив Порубежья?
Кебади заправил седые пряди за уши, снял очки. Глаза превратились в узкие щели.
– Ну почему же? Если покопаться, много чего можно найти.
– Я услышал высказывание одного из своих советников. Он сказал, что у Порубежья тёмное прошлое. Это так?
– Я не знаю, о каком прошлом он говорил, – холодно ответил Кебади.
Адэр жестом велел охранителю удалиться и, когда за ним опустился полог на дверном проёме, тихо сказал:
– Мне нужна история Порубежья.
– Я дал книгу вашему секретарю. Если не ошибаюсь, его зовут Гюст.
– Хорошо, скажу иначе. Мне нужна история Грасс-Дэмора.
– Династия Грассов правила чуть более четырёх столетий. Последний король Зерван Грасс правил двадцать лет.
– Ты собрался прочесть мне лекцию?
– У него был единственный наследник, несовершеннолетний внучатый племянник, – продолжил Кебади, не слыша Адэра, не замечая его возмущённого взгляда. – Но после исчезновения Зервана он так и не взошёл на престол. Мальчика убили накануне коронации. Его тело не успели предать земле, как случился пожар в библиотеке.
– Ты, вероятно, не понял…
– В ней хранились тайны былого. Библиотека была так велика, что пожар полыхал три месяца.
Адэр насторожился. Неужели прошлое Порубежья настолько тёмное, что его, не задумываясь, очистили огнём?
Кебади обвёл архив рукой:
– Это всё, что осталось. Мой дед жил в Лайдаре, во дворце. Он был другом и летописцем Зервана. Потом дед перебрался сюда и посвятил себя воскрешению архива. Но тайны, что забрал огонь, он так и не смог отыскать. Во время пожара люди спасали не то, что важно, а то, что можно было спасти.
– Он рассказывал тебе о прошлом?
Кебади достал из ящика стола фланелевую тряпочку:
– При Зерване Грасс-Дэмор процветал и был богатейшей страной.
Адэр приподнял бровь:
– Верится с трудом.
Летописец протёр стёкла очков, посмотрел сквозь них на лампу:
– В последний год его правления на страну в одночасье обрушились беды. Сначала небывалый ливень и морской прилив. Потом землетрясение и засуха.
– Знаю, – перебил Адэр. – Что дальше?
– Однажды ночью Зерван переоделся стражем и покинул дворец. Больше его никто не видел. В народе ему дали имя «Тот, кто предал».
– Король не может исчезнуть бесследно.
Кебади надел очки, его выцветшие глаза стали большими и тоскливыми, как у бездомной собаки.
– Оказывается, может.
– Что дальше?
– Дальше пошли годы разрушений и бесчинств. Вплоть до колонизации Порубежья Тезаром. Затем наступили мёртвые времена. – Кебади открыл толстую книгу на чистой странице, обмакнул перо в чернила. – Они закончились с вашим приездом.
Адэр усмехнулся:
– А ты шутник.
Но старец уже что-то выводил на бумаге, порой поглядывая на Адэра поверх очков.
– Кебади! – позвал Адэр. – Я ещё здесь.
Старец отложил перо:
– Спрашивайте, мой правитель.
– Кто поджёг библиотеку?
– Когда человек один, он пытается найти объяснение происходящему. Но когда собирается толпа… Стоит кому-то крикнуть: «Король – предатель», и это кричат уже все. Толпа не умеет думать. Она как животное, которое сорвалось с цепи. Она как неукротимая и слепая сила, способная уничтожить творения столетий. Достижения Зервана были уничтожены глупцами. Пепелище – это всё, что осталось от усилий и стараний этого человека.
– Ты, похоже, предателем его не считаешь.
