— Ну а чё, я молодой, здоровый парень в самом расцвете. Я ж не виноват, что некоторые… — он осёкся. — Слушай, Вальк, а не хочешь рассказать, почему и куда ты тогда так скоропостижно исчезла? Никто толком не мог сказать. Ну, не то чтобы я упорно искал, но… Но всё же.
Валькирия вздохнула, подцепила со стола галету, откусила.
— Вот на Планету перебралась, как видишь. А почему — не всё ли теперь равно? Жить стоит ради будущего. А прошлого не изменишь.
— Эт точно, — отозвался Факел, а про себя подумал, что не так уж хочет знать, почему она внезапно исчезла, даже учёбу, кажется, не закончила.
В душе его тлел другой вопрос: что она такого нашла в Дженге, чего нет у него? Но спрашивать об этом сейчас было глупо, неуместно да и вообще не хотелось.
— Значит, ты траппер со стажем, — продолжила Валькирия. — А теперь, стало быть, решил «остепениться»? Заняться производством?
— Угу. Есть кое-какие задумки. Но, признаться, когда вчера глянул твоё тут хозяйство, — Факел покачал головой, поджав губы, — это круто. Знал, что ты человек волевой, но не ожидал такого размаха. Когда ты успела всему этому научиться? Ты же гуманитарий.
— Вот тут на Планете и научилась, в полях. У меня хорошие инженеры есть. Двое из них здесь, хочешь, пообщайся с ними, познакомлю.
— А не боишься, что переманю?
Валькирия усмехнулась.
— Ну, попробуй. Заодно, может быть, поймёшь что-то об их ценностях.
Она легко поднялась, обойдя стол подошла к нему.
«Зачем, куда меня несёт? — мелькнула мысль в её голове. — Подумает ещё, что флиртую с ним, что скучаю по нему. А я совсем не скучаю!..»
— Дай-ка поближе на тебя посмотрю, — она взяла его за нижнюю челюсть, повернула к себе левой щекой.
Факел ощутил ее прохладные пальцы, замер, боясь пошевельнуться, спугнуть момент. Её лицо, бурое от загара, свежее, большеглазое приблизилось сантиметров на тридцать.
— Тебе идёт этот шрам, — она повернула его лицо другой стороной, — и борода идёт к усам, — она задержалась, глядя ему в глаза.
Факел почувствовал, что в ней прямо сейчас идет некая борьба. Он осторожно двинул рукой, намереваясь притянуть девушку к себе. Но Валькирия, будто вспугнутая птица, сразу отпустила его, отстранилась.
— Пошли, кхм, — не глядя на него, она поправила волосы на затылке. — А то вработаются ребята мои… Тогда их будет трудно вытащить… Из потока.
Обоих инженеров они застали возле какого-то робота со снятой крышкой. Глядя на его внутренности, эбрайлы переговаривались на каком-то цокающем языке. Оба имели человеческую форму, только рук было четыре — верхняя пара по-крупнее, нижняя тоненькая, видимо, для деликатной работы. Оба носили одежду — выцветшие рыжие комбинезоны с карманами и держателями для инструментов.
Валькирия представила Факела как своего давнего друга траппера.
— В пять часов приходи на площадь, — сказала она на прощанье. Буду выступать с речью. Если сам за своих кишикуа не боишься.
Девушка упорхнула, а Факел, ощущая необычайную легкость, переключился на инженеров.
— Хлопцы, а не расскажете ли, чем заняты? — обратился к ним траппер.
Эбрайлы принялись объяснять ему суть своей работы. Говорили они с расстановкой, не перебивая, а дополняя друг друга. Робот оказался одним из двух «чернорабочих», входящих в строительный комплекс. Остальные механизмы — два универсальных строителя, податчик раствора и пара полевых формирователей трудились сейчас на разных объектах. Роботам помогали вайкинги, не занятые в охране периметра. Но, если эбрайлы нуждались во сне, отдыхе и времени на принятие пищи, машины работали почти круглосуточно. А этот «работяга», видишь ли, в ночное время стал сбоить, что замедляет работу остальных. Но ничего, дело, скорее всего, в контроллере батареи, сегодня же его вернут в строй.
— Зачем вы это делаете? — задал Факел свой любимый вопрос.
Эбрайлы немного помолчали. Их смуглые лица с кожей, будто сделанной из крупнозернистого песка, конечно не так выражали эмоции, как человеческие. Но было видно, эти персонажи целенаправленно стараются стать похожими на свою вождевицу и кое-каких успехов в этом достигли. Во всяком случае, Факелу показалось, что в их глазах он прочитал недоумение, а затем воодушевление.
— Наша работа есть наша жизнь. И Валькирия ведёт нас, — ответил один инженер.
— И куда же?
— Мы строим мощные заводы для неё.
— Для неё? Или для себя? Как же Эусгард?
— Валькирия расчётливый вождь, — вставил второй эбрайл. — У неё есть планы. План создаёт движение, — он сделал красивый жест, поочередно протянув все руки вперед. — А движение — это жизнь.
Большего Факелу добиться от них не удалось. Пожелав удачи инженерам, траппер побрёл к своему кулаку.
— «Строят свой дом», — пробурчал он. — Ага, как же. Ох, Валька, Валька. Девчонка ты. Крутая, умная, но девчонка…
Своих бойцов оказалось разыскать непросто. Они разбрелись по территории лагеря, охотно выполняя его поручение и заодно утоляя жажду впечатлений, из-за которой и вступили в его кулак. Если хоть кто-то из свободолюбивых кишикуа найдет творящиеся тут дела привлекательными для себя, значит что-то есть в идеях Вальки.
