Актер Московского Художественного театра, земляк и соученик Чехова по таганрогской гимназии, оставивший примечательные воспоминания. Играл во всех пьесах Чехова, шедших на сцене МХТ. 1 января 1899 года Чехов писал литератору П. А. Сергеенко, учившемуся одновременно с ним в таганрогской гимназии: «Вишневский – симпатичный малый. Не находишь ли ты? И кто бы мог когда-то подумать, что из Вишневецкого, двоешника и безобедника, выйдет актер, который будет играть в Художественном театре в пьесе другого двоешника и безобедника?»
Инженер-путеец, писатель, автор книг «Детство Тёмы», «Гимназисты», «Студенты», «Инженеры». На Чехова произвели серьезное впечатление очерки Гарина «Несколько лет в деревне», опубликованные в журнале «Русская мысль» в 1892 году. Виделся с Чеховым в 1903–1904 годах, когда проводил в Крыму изыскания для строительства Южнобережной железной дороги: «Познакомился и полюбил Чехова. Плох он. И догорает, как самый чудный день осени» (Чехов в воспоминаниях современников. М., 1986. С. 705). Написал воспоминания «Памяти Чехова».
Писатель, один из самых своеобразных и ярких последователей Ф. М. Достоевского. Учился в Петербургском горном институте; в 1877 году, когда началась Русско-турецкая война, добровольно ушел в действующую армию, был ранен. Военные впечатления отразились в рассказах «Четыре дня», «Из воспоминаний рядового Иванова». Опубликовал ряд остропсихологических рассказов и повестей в духе народничества 1870-х годов – «Припадок», «Надежда Николаевна». В истории нашей литературы остались поэтические рассказы «Атталеа принцепс» («Attalea princeps») и «Красный цветок» – классические образцы русской лирической прозы. Писал для детей (сказка «Лягушка-путешественница» и др.). Высоко оценил повесть Чехова «Степь». «Я пришел сообщить тебе замечательную новость… в России появился новый первоклассный писатель», – сказал он своему другу, зоологу В. А. Фаусеку.
Жизнь В. М. Гаршина оборвалась трагически – он покончил с собой. В 1889 году был издан сборник «Памяти В. М. Гаршина», где помещен рассказ Чехова «Припадок».
Вдова В. М. Гаршина, врач. Чехов был знаком с ней и помогал ей в ее литературных работах.
Писатель, журналист, репортер, не раз помогавший Чехову в поисках свежих новостей и злободневных известий. Прожил долгую яркую жизнь; в начале 1870-х годов, подхваченный волною «хождения в народ», был бурлаком, крючником, рабочим. В пору Русско-турецкой войны 1877–1878 годов добровольцем ушел в действующую армию. Первый сборник рассказов Гиляровского – «Трущобные люди» – был конфискован цензурой. О знакомстве Гиляровского с Чеховым писал М. П. Чехов: «Однажды, еще в самые ранние годы нашего пребывания в Москве, брат Антон вернулся откуда-то домой и сказал:
– Мама, завтра придет ко мне некто Гиляровский. Хорошо бы его чем-нибудь угостить.
Приход Гиляровского пришелся как раз на воскресенье, и мать испекла пирог с капустой и приготовила водочки. Явился Гиляровский. Это был тогда еще молодой человек, среднего роста, необыкновенно могучий и коренастый, в высоких охотничьих сапогах… Он сразу же стал с нами на «ты», предложил нам пощупать его железные мускулы на руках, свернул в трубочку копейку… С тех пор он стал бывать у нас и всякий раз вносил с собой какое-то оживление» (Вокруг Чехова. С. 111). «Был у меня Гиляровский. Что он выделывал, Боже мой! – писал Чехов А. С. Суворину 8 апреля 1892 года. – Заездил всех моих кляч, лазил на деревья, пугал собак и, показывая силу, ломал бревна. Говорил он не переставая».
Чехов относился к Гиляровскому по-дружески: «Это человечина хороший и не без таланта…» (А. Н. Плещееву, 5 или 6 июля 1888 г.).
Впоследствии Гиляровский опубликовал несколько мемуарных статей и заметок о Чехове (в кн.: Друзья и встречи. М., 1934).
Жена Д. С. Мережковского, поэтесса, романистка, литературный критик (псевдоним Антон Крайний), представительница русского декаданса. Познакомилась с Чеховым весной 1891 года в Венеции. И. А. Бунин, приводя в своей книге о Чехове высказывания Гиппиус, писал: «Она совершенно не поняла Чехова не только как писателя, а и как человека, ей казалось, что Чехову Италия совсем не понравилась… Видимо, он нарочно при Мережковских был сдержан, говорил пустяки, его раздражали восторги их, особенно «мадам Мережковской»…» (
