В салуне человек десять лениво перекидывались в покер. Харрис дремал за стойкой. В очередной раз приоткрыв глаза и кинув взгляд мимо кувшина с пивом, он вдруг увидел всадника, который свернул на тропу, называвшуюся в Корн Пэтч улицей. Всадник сидел на белом жеребце с легким и ходким шагом. На нем была черная широкополая шляпа, черные поношенные брюки, заправленные в ковбойские сапоги, и пояс с двумя револьверами с белыми рукоятками. Лицо у него было загорелое и приятное.
Именно «винчестер» в седельном чехле незнакомца сбил с толку Покера Харриса и помешал ему узнать всадника. Если бы это был «шарпс», Харрис тут же подумал бы о Попрыгунчике Кэссиди. Но вся штука заключалась в том, что Попрыгунчик, наконец, уступил (временно, конечно) аргументам своего старого приятеля по ранчо «Тире 20» Рыжего Коннорса. Спор, какая винтовка лучше, длился между ними на протяжении нескольких лет, и Коннорс, маг и волшебник с этим видом оружия, в конце концов убедил своего друга. Однако, Коннорс этого не знал: если бы он вдруг появился на горизонте, Попрыгунчик спешно запрятал бы «винчестер» и схватил старую, добрую бизонью винтовку.
Покер Харрис не увидел за вещью человека, потому что любовь Кэссиди к «шарпсу» была известна повсюду, где собирались ковбои. Револьверы с костяными рукоятками, несомненно, принадлежали человеку, который знал, как с ними обращаться. Человек этот приехал в Корн Пэтч, а здесь жили преступники и умирали представители закона. Следовательно, решил Покер, этот человек — преступник. Тем не менее, он решил быть настороже.
Кэссиди толкнул дверь и вошел в длинную комнату. Люди глянули на него, затем опять занялись своими делами. Харрис позаботится обо всем. Он всегда заботился обо всем. Нет смысла быть чересчур деятельными.
— Воды, — сказал Попрыгунчик, и Харрис протянул толстую лапу к полке за стаканом, наполнил его и подтолкнул к Попрыгунчику. Тот вначале попробовал воду на вкус и только потом выпил до дна.
— Хорошая, — сказал он.
— Родниковая, — ответил Харрис с понятной гордостью. — Без щелочной пыли.
Покеру Харрису нравились люди, которые мало говорили. И тут он заметил, что холодные голубые глаза незнакомца изучают его, и почувствовал неожиданное беспокойство. Это ему не понравилось, потому что уверенность Покера Харриса в своих словах была такова, что беспокойство он испытывал очень редко.
Кэссиди взглянул на играющих в карты людей.
— Кто-нибудь здесь играет в покер с прикупом?
Глаза Харриса блеснули.
— Мало кто. Я, правда, иной раз с удовольствием сажусь сыграть пару партий.
— Мне такой покер тоже нравится, — согласился Попрыгунчик, — если партнеры не слишком нудные. Я больше люблю быструю игру, когда надо заботиться только о себе самом.
Харрис поерзал на стуле, проникаясь симпатией к этому голубоглазому незнакомцу.
— Я открою новую колоду. — Он выглянул в окошко. — Лучше поставь коня в конюшню. На улице очень жарко.
Повернувшись, Попрыгунчик вышел из салуна, а Покер Харрис смотрел ему вслед, подметив неуклюжую походку и покатые плечи. Он должен бы знать этого парня. Харрис недовольно покачал головой. Он вспомнит. Он улыбнулся, увидев, что незнакомец вскочил в седло вместо того, чтобы просто перевести коня через улицу, — настоящий ковбой.
Постройка, где размещалась конюшня, была длинной, широкой и прохладной внутри. Старые знакомые запахи и звуки вызвали у Попрыгунчика улыбку. Запахи, которые он будет любить до конца жизни, и звуки, которые он так хорошо знал. Фырканье лошадей, жужжание роящихся в тени мух, редкий стук копыта по земляному полу… Он провел белого жеребца в денник, снял седло и уздечку и наскоро протер его пучком сена. Покопавшись вокруг, он обнаружил ларь с зерном и отсыпал кварту[9] в кормушку в деннике. Затем он отошел к двери и, держась поближе к стене, зажег спичку.
Кэссиди прекрасно понимал, что ступил на опасную почву. Покер Харрис убийца, и чтобы убить, воспользуется малейшим поводом. Если он хотя бы заподозрит, кто его гость, то будет стрелять без рассуждений. Харрис был чрезвычайно самоуверен, и не без оснований… в Корн Пэтч.
Попрыгунчик неторопливо прошелся между двумя рядами денников, заглядывая в каждый в надежде отыскать лошадь с белым пятном на носу и на боку — лошадь, которую он заметил в группе всадников, едущих к месту ограбления дилижанса. Он быстро убедился, что такой в конюшне нет. В поселке могут быть другие конюшни, либо потайное место в холмах, где держат лошадей. Он повернулся и через залитую заходящим солнцем улицу прошагал к салуну.
Харрис обернулся в его сторону.
— Ну как насчет пары партий? Еще не передумал?
— Конечно нет! Сыграем втемную?
— Тогда и я присоединюсь. — Харрис тяжело поднялся со стула и медленно прошел к свободному столику. Он плюхнулся в огромное кресло, явно приспособленное для его необъятной фигуры, затем бросил остальным: Кто-нибудь из вас, ребята, хочет составить нам компанию?
Черноволосый парень с угрюмыми глазами оторвался от игры.
— Ну нет, только не с тобой! Твоя игра слишком быстрая для моего здоровья!
Покер Харрис довольно фыркнул.
