Ник лежал на мягкой постели в чистой одежде. Из большого многостворчатого окна сочился зеленый свет. Сквозь полупрозрачные занавески вокруг кровати он разглядел Сабрину, стоявшую в серебристом платье у окна. За стеклом раскинулся изумрудный город – на фоне необычного неба переливались яшмовым блеском высокие башни. Дымчатые травянисто-зеленые блики застряли в белоснежных локонах Сабрины, зацепились за изгиб рубиново-красных губ. Лицо было таким, словно она витала где-то далеко.
Ник с тихим вздохом пошевелился в кровати, и Сабрина отвернулась от окна.
– Ник!
С какой нежностью она произнесла его имя!
Сабрина кинулась к его кровати. Ник лежал, закрыв глаза, а когда она приблизилась, схватил за тонкую серебристую руку и опрокинул на постель рядом с собой. Она нависла над ним, в темных глазах плескался смех.
– Считаешь себя очень хитрым, Ник Скрэтч?
– А ты как думаешь, Спеллман?
– Я думаю, ты герой, – сказала Сабрина.
Он приподнялся и прижался губами к алому изгибу ее губ. Сабрина улыбнулась, ответила на поцелуй, легла на белые подушки, гладя ему волосы. Вся боль на миг ушла из его тела.
– Никакой я не герой, – прошептал он через короткий миг. – Сабрина, прости меня. Понимаю, каково тебе было тогда. Ты считала, что тебя обманули… И что вообще это все не на самом деле…
– Не за что извиняться, – шепнула Сабрина. – Ты пожертвовал собой, и я это поняла.
– Вот потому я и пошел на это! – с жаром воскликнул Ник. – Нет, погоди. Я сделал это ради тебя.
Сабрина улыбнулась ему:
– А может быть, ради нас. Ведь мы в одной команде, да? Ты на моей стороне, а я на твоей.
Ник кивнул. В его груди зародилось теплое чувство.
– Сабрина, тебе нельзя быть здесь, – прошептал он. – Я без конца слышу в голове его голос.
– Я его прогоню, – пообещала Сабрина. – Не дам тебя в обиду.
– Я этого недостоин.
Сабрина взяла его лицо в ладони.
– На мой взгляд – достоин, – сказала она с нежным сиянием в глазах. – Для меня ты важнее всех на свете.
Он был влюблен, он задыхался от любви.
– Твоя тетя Хильда наверняка будет против.
– Тетя Хильда не хотела, чтобы я приходила сюда, – признала Сабрина. – А я все-таки пришла. Я ничего не боюсь. Мы с тобой можем поселиться вместе.
«Почему она не расстроена?» – подумал Ник с легким беспокойством. Если у нее есть дом, который она нежно любит и где так нежно любят ее.
Сабрина прикусила губу. В глазах появилась неуверенность, которой он никогда раньше не замечал.
– Разве не хочешь?
У Ника было небольшое наследство, которое он тратил в основном на книги и путешествия. Жить в доме одному – эта мысль его пугала. Однажды учительница предложила ему завести другого фамильяра, и от этой мысли Нику стало дурно.
Но жить в доме вместе с Сабриной – это совсем другое дело. Ему вспомнилась та давешняя смертная девушка, свет в ее окне. Свет в душе у Сабрины никогда не угаснет. И он хотел, чтобы этот свет всегда был с ним.
– Очень хочу, – заверил он ее.
– Ник, я так рада. – Сабрина села, нежно посмотрела на него. – Нам могут понадобиться сразу два дома. Один на земле, другой в преисподней.
Ник замолк.
– С чего это вдруг? – спросил он.
– Пока я занимаюсь твоим спасением, – пояснила Сабрина, – я могла бы – по чистой случайности! – стать царицей ада.
Ник поразмыслил. Он понимал, что такая возможность не исключена, ведь Сабрина формально следующая в очереди наследников. А его девушка не из тех, кто останавливается на полпути.
– Ты же не станешь спорить, что этим местом надо управлять получше, – продолжала Сабрина. – Вот что я подумала: мы с тобой могли бы спасти все души в аду. – Между ее бровей пролегла складка. – На это уйдет много времени. А тех, кто по-настоящему зол, мы накажем. Я над этим еще подумаю.
Ник рассмеялся:
– Я в тебя верю!
Сабрине, кажется, нравилось видеть, как он радуется. Она склонилась и поцеловала его. По спине Ника пробежал огонь радости пополам с желанием – так бывало только рядом с Сабриной. Ник ткнулся носом в изящную линию ее шеи, спрятал лицо у нее на плече. Даже в аду с ней было хорошо. Сабрина начала расстегивать пуговицы на его рубашке, и он позволил ей сделать это, вместо того чтобы использовать магию. Сабрине так хочется – и пусть. Она сама выбрала его, и это главное.
Он мог представить себе Сабрину и царицей ада, и царицей небес. Владычицей всего, чего она захочет. Если они вместе, если она заботится о мире, а он заботится о ней, значит, и он, Ник, для чего-то нужен.
В дверь постучали.
Сабрина вздохнула:
– Увы, меня ждут подданные. Милый, открой дверь, пожалуйста.
Дверь была совсем неподходящей для этой серо-зеленой комнаты. Дверь клетки.
Ник посмотрел на дверь, потом перевел взгляд на Сабрину. При виде нее все страхи развеялись.
– Ник, я так тебя люблю, – сказала она.
– Я тебя тоже, – ответил Ник, не переставая удивляться. До сих пор у него ни разу не было случая сказать такое. «Я тебя тоже» – это совсем не то, что «Я тебя люблю». Со своим «Я тебя люблю» он всегда боялся остаться один.
Сабрина чарующе улыбнулась ему:
– Я никогда никого не любила по-настоящему. Теперь я это поняла.
Ник похолодел. С трудом отвел глаза от Сабрины.
