– А ты уверена в собственном сердце? Как ты себя однажды назвала?
– Меч Темного повелителя, – прошептала я.
– Так кто же ты, Сабрина Спеллман, Утренняя Звезда на Тропе ночи?
В руки ей, искрясь, хлынул поток воды. Снизу вверх, словно перевернутый водопад. Прозрачные струи сплавились в меч, яркий, словно бриллиант. Дева шагнула ко мне.
Я крикнула:
– Я только свой собственный меч и больше ничей!
С безжалостной ослепительной улыбкой она выронила меч.
Клинок не должен бояться клинка. Я вообще отвергала любой страх. Я приняла этот меч и приняла самое себя. Стоя на коленях, с летящим ко мне мечом, я выполнила невероятный магический трюк: проглотила меч. Острое лезвие прожгло меня насквозь.
– Да, соглашусь, ты более чем достойна, – прошептала Озерная дева. – Принцесса Сабрина, я дам тебе все, что понадобится в аду. Твою собственную яркую душу.
Проглотить меч было очень больно, но преображение всегда дается нелегко. Нельзя стать светом, не сгорев. Я сплавилась с мечом воедино, и моя целеустремленность стала твердой, как сталь. Я опустилась на колени на озерную гладь, и вода вокруг меня засияла.
Озерная дева сомкнула пальцы на одной ручке золотой чаши. Зачерпнула граалем воду из своего озера. В золотистой глубине отразились и солнце, и луна. Дева поднесла грааль к губам и сделала большой глоток.
Мир перевернулся. Вода стала небом, а небо водой. Накидка из перьев распахнула крылья для последнего полета. Дева шагнула в белое озеро луны.
По миру пробежала рябь, и богиня исчезла. Вода под нами всколыхнулась, хрупкое равновесие нарушилось, и мы с Харви опять погрузились в глубины озера. И тут с белой скалы к нам спустилась веревка.
Она была сплетена из листьев и лоз, из фланелевой рубашки и перьев. А из-за края обрыва выглядывали наши друзья.
– Эй, ребята! – крикнул Тео. – Я попросил птиц свить веревку. Она держится на честном слове, так что поторапливайтесь.
– Ты первый, – сказала я Харви.
– Нет, ты.
– Я тут главная!
– Я вам обоим сейчас камни на головы скину, – пригрозил Тео.
Я со вздохом ухватилась за веревку и стала медленно карабкаться. Во мне не осталось ни капли магии.
Наверху меня приняла в объятия Роз, стала растирать мне закоченевшие руки и ноги, хлопать по спине. Следом выкарабкался Харви, взял свою сухую куртку, накинул мне на плечи.
Потом обнял Роз. Я плотнее запахнулась в куртку.
Скала у нас под ногами медленно опускалась, озеро высыхало, и вскоре от него остался лишь трепет в воздухе.
– Задание выполнено? – спросил Тео.
– Д-да, – пролепетала я. – Пожалуй, да.
Мы пожали друг другу руки.
– Ника видела? – с тревогой спросила Роз.
– Видела, – ответила я. – Кажется… Кажется, это был он.
Мне вспомнились слова Девы об иллюзиях. Все демоны, с какими мы сталкивались, принимали облик наших страхов, сомнений, желаний. И мне показали Ника только затем, чтобы я осталась под водой и провалила всю операцию.
Но в каждой иллюзии есть доля реальности.
Я растерянно помолчала и встретилась глазами с Харви.
Он медленно кивнул:
– Не знаю, был ли Ник настоящий. Но я его тоже видел.
– Верю, – ответила я.
Мы побрели назад через лес. Деревья, которые незадолго до этого рушились в пропасть, спокойно стояли на своих местах. Тихую тропинку заливали солнечные лучи.
– Один вопрос, – сказал Харви. – Почему он был без рубашки? В аду что, так положено?
– Не знаю, – удивилась я. – Честно сказать, не заметила. Я его столько раз видела без рубашки, что тут та…
– Хорошо-хорошо, знаем, – перебил Харви и покачал головой. – Когда пойдем в преисподнюю, я все-таки останусь в рубашке.
Роз обняла его за талию:
– Кстати, о преисподней. Может, не надо пока туда идти? Давайте немного подождем.
Я открыла было рот, чтобы возразить.
– Верно! – подскочил Тео. – Давайте отдохнем.
– Ага, – улыбнулся ему Харви. – Сколотим нашу группу.
Мои друзья сияли светом победы. Но Ник-то сидел в темноте. Я должна идти к нему, и чем скорее, тем лучше. Дева обещала, что адские врата скоро распахнутся.
Я промолчала. С Ником ничего не случится, если я дам своим друзьям немного отдохнуть и порадоваться.
Роз не сводила с меня вопросительного взгляда, пока Харви не окликнул:
– Розалинд!
Она запнулась.
– Харви, я вот что подумала, мне хотелось бы увидеть…
Я заметила, как Харви напрягся, и не поняла почему.
– А можно я попробую первый? – спросил он с мольбой в голосе.
Когда он так спрашивает, Роз, конечно, не может ему отказать. Это невозможно.
Она замерла в ожидании. Харви окинул беспомощным взглядом деревья, потом наши непонимающие лица.
– Все лучше, чем демоны с тысячью глаз, – пробормотал он. – Хоть и ненамного. Розалинд, это для тебя.
Он напрягся, расправил плечи, как в тот день, когда пошел в шахту, где вокруг меня рыскали демоны. Показывал, что он храбрее всех.
Потом он запрокинул голову, устремил взгляд к небу и запел. Пару раз запнулся, но затем песня полилась яснее, увереннее. Его голос пробивался сквозь листву, навстречу солнечному свету, навстречу золотистой весне.
Роз улыбалась, не сводя с него глаз. Я ускорила шаг, обогнала их, но все равно слышала их разговор.
