Что, если получится? Что, если я смогу снять проклятое клеймо? Не сразу, нет. Я понимаю. Но, черт подери, я согласен пропечься в адском пекле тренировок до черной корочки, лишь бы наконец избавиться от этого плетения, находящегося где-то внутри меня.
Пролистав дрожащими руками начало, я застыл, увидев первую магему. Сглотнул тяжело.
«Создание клейма».
Перевернул еще страниц двадцать и, найдя «определитель клейма», положил книгу перед собой.
«Ты представляешь, какая будет боль?» – спросил сам себя, но отвечать не стал. Только сжал губы и стал настраиваться на магему…
А всего через минуту я уже лежал на своей кровати, сердито разглядывая бревна потолка. «Су-у-ка, – пульсировало в мозгу. – Значит, нет дара? Вообще нет? Или псевдо-Руна не врал? Но, блин, легче добраться до Вальтии вплавь, чем полностью изучить все книги. Особенно, если учитывать, что о местонахождении половины из них мне вообще неизвестно».
И как ребенок, который, споткнувшись о камень, винит и ругает его, так и я затаил обиду на книгу Крови. Целых три декады не брал ее совсем, сосредоточившись на Хаосе и тех плетениях, что давно имелись в моем арсенале.
За это время смог проапгрейдить «кулак Адхара» до второго круга, изучить «марево Хаоса» первого и доработать три стихийных «щита» до магистрального. А вот с Порядком выходило не так легко. Потратив на него шесть тренировок, я кое-как доделал третий круг. Нет, все-таки потяжелее эти две ветки мироустройства, чем Свет и Тьма.
И слава Номану, что с виарятами все оказалось не так страшно, иначе я бы просто сошел с ума от постоянного напряжения и бешеной круговерти.
Сначала порадовало то, что привыкли они ко мне очень быстро и больше не пытались цапнуть своими пока еще маленькими, но уже очень внушительными на вид зубами. Потом оказалось, что они очень умные и буквально все схватывают на лету… Впрочем, первые три декады это относилось к ним лишь в переносном смысле, хотя они и пытались постоянно взлететь, едва научились ходить. Последнее они делали очень смешно, вперевалочку и вытягивая шеи.
Примерно дней через семь-восемь размах их крыльев заметно увеличился и стал равен длине самих зверят. И вот тут началось. Они принялись носиться по двору, пытаясь оторваться от земли. Вслед за ними бегал я, силясь поймать и затащить их в сарай, а спустя всего пять дней мне уже пришлось лезть на дерево, чтобы снять с него перепуганного Чука, который взлететь-то взлетел, а вот спуститься назад боялся. С округлившимися от страха глазами он исступленно пищал и бился в истерике, ломая тонкие ветки крыльями, Альгар стоял внизу и громко размышлял, как мне поступить лучше, а вокруг него носился Гек, с интересом наблюдая за операцией по спасению своего братца.
Пришлось применить непедагогические меры воспитания и отхлестать Чука хворостиной. Сначала он обиделся, но уже на следующее утро прекратил на меня дуться и стал гораздо спокойнее.
А к середине четвертой декады нам с Альгаром пришлось перевести подросших зверят в спешно переделанную для них айсальню, коих было с избытком возле стрельбища в западной части Виглара. Это было продиктовано не только тем, что зверята стали представлять угрозу для отпрысков старшего сэта, а также и для всего его хозяйства, но и удобством. К тому времени Шург уже сделал полдюжины новых ружей, и мы с ним и Альгаром каждый день проводили испытания. Сэты были в основном заморочены скорострельностью и точностью, а я стрелял для своего удовольствия. По меткости мне все равно их не догнать, так что меня радовало даже простое попадание в деревянные мишени.
В этом круговороте я и не заметил, как зима ушла. Лежалый потускневший снег еще не растаял повсеместно, но уже тут и там появлялись черные проталины, с каждым днем становясь больше, а местное солнце набрало обороты и начало заметно припекать. Во время одной из опытных стрельб я скинул с себя адгроновую куртку и больше уже не надевал ее. А тем же вечером, переборов стыдливость, попросил Лайгу сшить мне пару рубашек.
С каждым днем я общался с ней все чаще, и в какой-то момент она перестала поглядывать на меня с подозрением и, как мне показалось, даже прониклась уважением и симпатией. То же самое произошло и с большинством вигларцев. Они уже давно не пялились на меня с неприкрытым любопытством или враждой, а доброжелательно кивали при встрече и бросали короткое приветствие – «хайри».
Вдобавок мои ученики, после того как я рассказал им о боях с демонами, на полном серьезе подали в сэтар прошение стать первым боевым гуртом Виглара. Уж не знаю, то ли старшие просто не захотели обламывать своих отпрысков, то ли действительно они так ратовали за возращение магических боевых навыков, но уже на следующий день прошение было удовлетворено, и я стал не только временным учителем, но и временным командиром первого гурта сэтов.
