До Михайловки полсотни километров. Григорий на бак мотоцикла привязал подушку, на нее усадил Любу. Сын пристроился сзади, на сиденье. Дорога заняла часа два. Ехали то по степи, то по перелескам, а перед селом пересекли речку Тогузак.
Тетя Нюра наварила суп с лапшой, ради гостей забила гуся. За столом собрались Кабановы, тетя Нюра с мужем Егором, их сыновья Александр и Михаил. Саша учился в Троицке на механизатора, а Михаил работал киномехаником в колхозе. Леньку это очень обрадовало: кино будет бесплатно и притом каждый вечер.
Ужин затянулся до тех пор, пока не отключили местную электростанцию. Когда погас свет, все улеглись спать.
Отец уехал рано утром. Дядя Егор пошел к своему трактору. Ленька же побежал на речку. Вода в Тогузаке светлая, чистая. В ней обитало множество различных рыб. Это Леньку обрадовало, особенно присутствие щук.
У него созрел план. Пацан вернулся домой. За печкой висела малокалиберная винтовка. Тетя Нюра кормила гусей.
– Теть Нюр, можно я постреляю из мелкашки?
– Уйди, сынок, подальше в степь. Там и упражняйся, – разрешила тетка.
Ленька схватил оружие и помчался на реку. За поворотом вода была как слеза. Дно отчетливо просматривалась, там нехотя плавали несколько щурят. Охотник прицелился, выстрелил. Пуля прошла мимо рыбы и чуть замутила воду. Выстрел, второй, пятый – все без толку. Рыбы спокойно плавали чуть ли не у ног горе-охотника.
Поостыв, Ленька понял: когда пуля заходит в воду, она меняет направление. Сделав несложные расчеты, рыболов приспособился и к вечеру добыл несколько щук.
Уха была на славу. Все хвалили Леньку, лишь дядя Егор сказал:
– Шибко много патронов истратил.
Приезжие в Михайловке ни с кем не дружили. Местные их стеснялись: считали, что городские заносчивые. А Ленька и не расстраивался. Вместе с сестрой до тошноты смотрели бесплатные фильмы, днем катались с дядей Егором на тракторе. Ленька даже научился немного пахать землю.
Но и крестьянский труд не обходил их стороной. У Гредневых два огорода. Один у реки, другой – возле дома, метрах в ста от водоема. Ленька на тачку грузил бидоны, наливал в них воду и привозил к дому. Работа тяжелая, изнурительная. Но ради рыбалки-охоты он не роптал. Люба же полола грядки, кормила гусей, поросят. Девчонке труд был в тягость. Нагрузка больше, чем дома. Но она старалась помогать тете Нюре – та была родной сестрой мамы Зины и очень походила на нее.
Ленька, видя это, не удержался:
– Ты, Любка, дома пашешь куда меньше. Но на мачеху держишь обиду. Нечестно поступаешь.
В ответ получил от сестры полотенцем по лицу. Объяснений он не услышал.
Происшествие, которое случилось перед отъездом, запомнилось на всю жизнь. Август, жара, на улице и дома душно. Тетя Нюра распахнула все створки окон и накрыла на стол. Едва взялись за ложки, как грянул гром, небо полыхнуло сотнями молний. Атеист дядя Егор перекрестился. И тут в соседнее окно закатились два огромных шара. Они плюхнулись посредине комнаты, ярко озарились и с треском покатились под кровать. Все замерли, как в немом кино.
– Что это, тетя? – спросила Люба.
– Ша-аровая молния, – с ужасом ответила женщина.
Оцепенение длилось долго. Затем дядя Егор встал на колени, заглянул под кровать. Развел руками:
– Исчезли ироды.
По прошествии времени Ленька понял, что все они чудом избежали смерти.
Домой уезжали попутным транспортом. Иногда через Михайловку возили скот на Троицкий мясокомбинат. За небольшую плату водители забрали с собой Леньку с сестрой. А дома их встретил отец.
На Золотой Сопке произошло ЧП. В драке Леньке кастетом пробили голову. Рана серьезная. Автором удара был Васька Рукавишников – не друг, а другой Васька, двойной тезка. Вечером, по окончании кинофильма, молодежь осталась на танцы. Две группировки подростков ощетинились друг против друга. В одной ватаге человек десять, в другой – Вовка Бредихин, Васька и Ленька.
Договорились драться на кулаках. Старшие ребята отложили в стороны ножи, отвертки, кастеты.
Бой начался. Васька с Вовкой кулаками владели отлично. Противники кубарем отлетали в стороны. Ленька этому искусству только учился. Он неумело махал руками. Чтобы не сбили с ног, прислонился к стене клуба. Он не заметил момент удара, в голове колыхнуло, и из раны просочилась кровь. Драка мгновенно остановилась. Все взгляды устремились на отморозка Ваську Рукавишникова. В руках тот держал кастет.
Не сговариваясь, обе группировки по очереди крепко поколотили того. Били только руками. А когда он упал, бойня прекратилась.
Леньку ватагой повели к колодцу. Промыли глубокую рану, перевязали платком и попросили ничего не рассказывать об этом происшествии родителям.
Ленька переночевал на сеновале. Голова сильно болела, и он обратился за помощью к матери. Та обработала марганцовкой и мазью рану, спросила:
– Кто?
– Упал вечером на рельсах.
Мать недоверчиво покачала головой. О драке узнали участковый милиционер Гурьянов, директор школы Владимир Петрович.
Допрашивали в два голоса. Пацан твердил одно:
– Стукнулся о рельсу.
