На крыше опять забрякало железо. Значит...
- Мужайтесь, ребята... - прохрипел Максим. - Сейчас мы выпьем со смертью на брудершафт...
Лица бойцов посуровели. У Пухова потекли слезы. Пусть. Слезы иногда приносят облегчение. Лишь Абыз-защитник приподнял голову повернулся в сторону командира, будто видел через бинты, улыбнулся и вновь запел. Снова что-то свое, непонятное, степное. И Максим вдруг воодушевился.
- Вставай... проклятьем... заклейменный... - хрипло начал он.
- Весь мир голодных и рабов! - тут же подхватил связист.
- Кипит наш разум возмущенный... - подключились остальные, и гимн* загремел в непобежденном капонире:
- Это есть наш последний, и решительный бой...
Они пели и не слышали, как что-то полетело по вент-каналу и упало в подвал. Только почувствовали, как там заревело пламя. Оно рванулось вверх по всем ходам, вентиляции, через проемы подачи боеприпасов. Огненный вихрь ворвался в казематы, и лейтенант успел крикнуть:
- Помни нас!
Раскаленный смерч поглотил последних защитников капонира и выплеснул свою ярость наружу вместе с детонировавшими боеприпасами бункера.
*Система вентиляции капониров предусматривала наддув с помощью электродвигателя с вентилятором, или механизма ручного привода.
*ДОТ-4 (индекс ГАУ 52-Т-243ТП) - советская казематная артиллерийская установка. 45-мм танковая пушка 20-К, спаренная с пулемётом ДС-39 на казематном лафете, снабженная оптическим прицелом КТ-1. Ствол пушки размещался в шаровом закрытии амбразуры и перемещался в двух плоскостях, цапфы станка перемещались в горизонтальной плоскости на роликах по шаровой опоре на нижнем воротнике броневого короба. Вертикальное перемещение осуществлялось поворотом люльки. Справа от пушки было сиденье наводчика, рядом с ним маховики, оптический прицел и нижний спуск, педали для орудия и пулемёта.
Помимо вооружения огневые точки имели следующее оборудование: перископы, средства связи, фильтровентиляционное оборудование, бензоэлектрические агрегаты, калориферы, фонари, а так же различные инструменты.
*Автор знает, что красноармейская книжка как основной документ, удостоверяющий личность военнослужащего - рядового и младшего комсостава была введена 7 октября 1941 года приказом НКО СССР.
*Новые медальоны были введены в обращение приказом НКО от 15.03.1941 года за ? 138. Внутрь коробочки вкладывался стандартный бланк для заполнения данными на его владельца - ФИО, год и место рождения, место призыва и адрес ближайшего родственника. Обычно указывались, жена, мать или отец.
* У MG-34 стволы были сменными. Ствольная коробка откидывалась относительно кожуха ствола вверх и вправо, открывая казенную часть ствола. Однако ручки не имела, и у второго номера пулеметчика для извлечения горячего ствола имелась асбестовая рукавица. Горячий ствол просто извлекался из кожуха назад, на его место ставился холодный, после чего ствольная коробка поворачивалась в исходное положение.
*В период с момента образования СССР в 1922 году до 1943 года в качестве гимна использовался 'Интернационал'.
- Ничего, сочтемся... - пробормотал сержант, отползая в глубину леса.
Всего в пятидесяти метрах по лесной грунтовке двигалась колонна немецкой техники. Сначала он укрылся за сосной и зло наблюдал, как мимо едут тентованные грузовики с прицепленными пушками, следом за ними броневики с пехотой...
Гул приближающейся техники был услышан своевременно, и сержант быстро отошел в лесную чащу. Первыми по грунтовке протарахтели мотоциклисты мото-дозора. Затем, с небольшим интервалом проехали танк, кажется двойка, и три броневика с пехотой за ним. Минуты через три появилась основная колонна. В основном шли броневики и машины с пехотой. Танков пока не видно, но судя по гулу они тащатся в хвосте колонны.
Едут...
По нашей советской родине своими погаными...
Руки так и чесались. Горохов сжал до боли мосинский карабин и невольно скрипнул зубами. Душа болела...
Он единственный выживший из всех...
Потому что...
Выступили слезы. Сержант не смог их удержать...
Все его ребята там...
И лейтенант...
Перед тем, как он пополз от ложбины к лесу, лейтенант сказал напоследок:
- Ты главное до наших дойди, донеси тетрадь, а с врагом успеешь поквитаться. За нас. Всех нас... - и крепко руку пожал.
Но больше всего запомнился его взгляд. Другой. Не такой как в момент приказа. Тогда ему показалось, что на него смотрит не лейтенант. На миг показались что он сошел с ума, ибо на сержанта смотрело несколько лиц. Незнакомых. Сержант пилотке с обгорелым лицом, бледный лейтенант фуражке и еще одно лицо почему-то в танковом шлеме. Это длилось всего лишь миг. Потом он услышал голос лейтенанта. Он стал очень холодным, чуть ли не ледяным. И пробрало тогда Михаила до самых печенок...
Приказ так приказ. Надо исполнять. Но именно в момент расставания сержант понял - все что записано в тетради - действительно очень важно. Потому что лейтенант уже списал себя. Нет не так - он знал, что погибнет. Это читалось в глазах...
