Тропой неведомых Миров полностью

— Это было (непонятно, но Катри догадался, что для Духов Времени понятие «давно» означает «далеко»)… Была большая война между теми, кого вы зовёте Древними, и теми, которых называете Чуждыми. Нам неясны причины и цели этой войны, но она была, и в ней даже погибали Духи Времени. Впрочем, они гибнут и сейчас, когда вы пускаете в ход (неясное прилагательное) Оружие…(Абсолютное, быть может?). Обе стороны сумели сплести поистине дьявольские заклятия, которые дали им власть над нами. И противники использовали тюрьмы — артефакты — как оружие в этой войне, и назвали их темпоральными бомбами… (Эндар даже вздрогнул от того, насколько точным оказался «перевод» термина, который употребил его незримый собеседник).

— Значит, вы смертны?

— Да, вопрошающий, мы смертны. Бессмертен только Высший Разум.

— Как освободить вас? Разрушить тюрьму?

— Есть два пути, вопрошающий, — тонкий и грубый, и для каждого свои заклятья. Мы не властны подсказать их тебе, но поскольку ты сумел нас дозваться, то и разгадать тайну этих заклинаний тебе будет под силу. При тонком освобождении Духи Времени истекают без вреда для вашего Мира. А вот при грубом освобождении — вы называете это взрывом…

— Что происходит при взрыве темпоральной бомбы?

— Нам трудно объяснить тебе — не достаёт общих для нас понятий.

— А вы можете показать то, что хранится в памяти вашей расы? Что случилось, например, в том Мире, который мы назвали Мёртвым, и где Технодети разыскали и унесли с собой осколок темпоральной бомбы?

— Ты уверен, что хочешь видеть это?

— Да, я желаю это видеть.

И он увидел.

…В самый первый миг не произошло ровным счётом ничего. Затем всё подёрнулось тончайшей серебристой дымкой, лёгкой и неосязаемой. Раздался короткий звук — как будто лопнула перетянутая струна. Конечно, и зрительные, и слуховые восприятия были псевдореальны — просто обычные органы чувств так реагировали на происходящее. А потом…

Окружающая картина менялась на глазах. «Активация темпоральной бомбы девятого порядка — естественный бег Времени ускоряется в миллиард раз, — комментировал мыслеголос в его сознании. — Соответственно ускоряется проявление воздействия всех законов, которым подчиняется материя. Смотри…». Нет, высоко в небе не происходило ничего особенного — область взбесившегося, сошедшего с ума времени ограничивалась только лишь поверхностью планеты и тонким слоем атмосферы. Но вот на этой самой поверхности…

Эндар находился в центре большого города, заполненного людьми, механизмами и разнообразными строениями. И всё это стремительно старело — ведь одна–единственная секунда вмещала в себя более тридцати лет! Красивые, молодые существа, окружавшие Мага, в считанные мгновения превращались в дряхлых стариков, падали на каменные покрытия улиц и умирали — естественной смертью. Через три–четыре секунды во всём огромном мегаполисе не осталось ни единого живого создания. Плоть осыпалась с мёртвых тел, голые костяки усеивали всё вокруг. Металлические конструкции затягивала рыжая короста ржавчины, стёкла мутнели от толстого слоя мгновенно скапливающейся пыли, стены зданий рассекали змеящиеся зигзагообразные трещины.

В первые мгновения апокалипсиса с небес рухнуло несколько летательных аппаратов, пилоты которых умерли, и обратилось в груды распадающихся рваных обломков. Кое–где расцветали и тут же увядали пламенные бутоны пожаров — огонь угасал, пожрав в мгновение ока всю предложенную ему пищу. Эск не понимал, как такое может быть, — скорее всего, время не только невероятно ускорилось, но и потоки его стали неравномерными: скорость их течения сделалась различной для живой и мёртвой материи и для разных процессов — разрушение преобладало, упорядочивание безнадёжно отставало. А Разум — Разум словно замер, живя в прежнем ритме и не поспевая за невероятной скоростью распада всего Сущего.