Дорогие ребята!В этой книге рассказывается о том, как во время Великой Отечественной войны сражались с врагами в зеленых крымских горах смелые партизаны. В неравном бою погиб комиссар отряда Василий Кременецкий. Тяжелораненый ординарец комиссара спрятал его сумку с важными документами в потаенном месте, но умер, не успев сказать товарищам, где она спрятана.Давно окончилась война. И вот в наши дни пятеро друзей-пионеров, ваших сверстников, случайно узнают историю сумки комиссара и решают найти ее. О том, как они искали сумку, с какими замечательными людьми встретились, идя тропою разведчиков, и рассказывается в повести. Эта книга не документальна, но славные подвиги героев повести живо передают мужественный облик защитников Крыма в годы Великой Отечественной войны.Один из авторов этой книги, Георгий Леонидович Северский, командовал во время войны соединением крымских партизан.
Лето пришло сразу. Казалось, еще недавно водопады уносили с гор подтаявшие снега и белое облако цветения окутывало сады. А сейчас жарко. Не меньше тридцати градусов в тени. В темной густой зелени зреют черешни, терпкие вишни. Солнце припекает так, что береговой гравий обжигает босые пятки.
В такую пору море — спасение. Друзья-одноклассники Юра Антонов и Женя Андрющенко никак не могли с ним расстаться. Они ныряли, состязались в разных стилях плавания — кролем, брассом, просто саженками — и, вконец усталые, уселись на прибрежном песке. Кожа мальчиков уже успела покрыться таким загаром, что их черные трусики мало чем отличались от нее по цвету.
— А здорово ты плавать научился, — сказал Женя.
— Ну, до тебя-то мне еще далеко, — лениво отозвался Юра.
Разговаривать не хотелось. Мальчики стали бросать плоские камешки в воду. Следовало изловчиться так, чтобы брошенный камень тонул не сразу, а сначала несколько раз подпрыгнул на воде. Это называлось — «печь блины». Юра Антонов испек блинов больше, но Женя и не думал сдаваться. Он долго примерялся, как бы подальше бросить серенький плоский голыш, который держал в руке. Наконец размахнулся и швырнул камень. Тот подпрыгнул четыре раза.
— Вот теперь порядок!
— Эй, на берегу! — послышался чей-то голос. — Весло подайте!
Из-за скалы показалась лодка. Светловолосый парнишка греб одним веслом, пытаясь приблизиться к берегу.
— Это Вася Кузьмин на отцовской лодке, — вглядевшись, сообщил Женя. — Разиня! Вечно что-нибудь потеряет.
— Женька-а, — продолжал вопить Вася Кузьмин, — подгони весло! Не слышишь разве? Вон оно, возле камня!
— Греби одним, — хладнокровно посоветовал Женя. — Рули правей. Как раз достанешь.
Не обращая больше внимания на Васю, он снова принялся за камешки.
— Довольно, — сказал Юра. — Пора делом заняться.
Женя поднялся и достал из кармана лежавших рядом полотняных штанов вчетверо сложенную карту Южного берега Крыма, на которой мальчики чернилами нанесли координатную сетку. Разложив карту на песке, ребята принялись внимательно ее изучать.
— Вот здесь, в квадрате 18–26! — Женя решительно ткнул в карту острием карандаша, чуть не прорвав бумагу. — Здесь, и нигде больше!
— Далеко это, — отозвался Юра. — А компас у тебя?
— На посту номер один. Я и веревки туда снес.
— Гм… Пошли тогда! Через скалы не близко лезть — не успеем засветло вернуться.
— Ребята, — снова взмолился Вася Кузьмин, — не достану я весло! Глядите, куда занесло его течением… Женька, ну что тебе стоит?
Женя подмигнул своему другу:
— Погоди, Юрча. Я что-то придумал… Лодку дашь?.. — обратился он к незадачливому гребцу. — Не дашь, сам за веслом плыви.
— Я же на глубине не плаваю! — хныкал Вася. — Подай весло, и лезьте ко мне.
— Тю, на глубине! Какая ж тут глубина?
Юра поднялся:
— Надо ему помочь.
— Погоди, говорю! Какой интерес с ним возле бережка покачиваться! Я сейчас…
Мальчик ласточкой прыгнул в воду с большого камня. Вскоре лодка с Васей и вновь обретенным веслом была заведена в заливчик под скалой.
Вася медленно, чуть вразвалочку направился к Юре. Упав в тени на песок, он вздохнул полной грудью:
— До чего хорошо! И нежарко.
— Вот и отдыхай, — предложил Женя. — Мы одежду возле тебя оставим и на часок отправимся в море. Ладно?
Вася забеспокоился:
— Лучше уж вместе. А то достанется мне от отца.
— Он и знать не будет. Мы ведь недалеко — к шхуне. Хочешь с нами? Пошли!
Юра отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Он знал, что сейчас последует. Никогда трусоватый Вася Кузьмин не решится идти к шхуне.
Так и вышло. Глаза Васи округлились от удивления.
— К той самой шхуне? Нашли дурака! Нет уж, буду здесь ждать. А вам туда зачем понадобилось?
Но мальчики влезли в лодку, оставив вопрос без ответа.
Шлюпка бесшумно скользила по чуть колыхавшемуся морю.
Юра поднял руку:
— Вот она!
На берегу, у подножия высокой остроконечной скалы, виднелась разбитая шхуна с полустертой надписью «Чайка». Корма ее прочно заклинилась в прибрежные валуны, нос наклонился к воде. Много лет назад ее выбросило море, и она будто срослась с береговыми скалами. С темными впадинами ободранной обшивки, с обвалившимися палубными надстройками огромная шхуна даже в этот яркий, солнечный день казалась мрачной.
Весь берег вокруг был завален громадными валунами. Словно великаны, играя, разбросали эти причудливые камни, чтобы никто не мог пробраться к покинутому кораблю.
Потому ли, что старая шхуна стояла далеко, на отшибе, или потому, что с ней были связаны грустные предания, — возле «Чайки» всегда было пустынно.
И сейчас только волны еле слышно набегали на берег. Кругом было тихо-тихо.
Но мальчиков не смущали тишина и безлюдье. Видно было, что они здесь не впервые. Ребята вытащили шлюпку на песок и зашагали к шхуне.
— Здорово, что мы сюда морем добрались, — заметил Юра. — Спускай трап, Алонзо. Пора!
