Кому когда-то принадлежал замок, где ныне расположилась обитель инквизиторов, обитатели древней твердыни знали. Герб и имя было высечено в нескольких местах, так что понять, что Валбор пишет именно об этом замке, было несложно. Однако «Врата миров»… Это будоражило любопытство и воображение. Имело ли это переносный смысл, или же значение указывало на то, что отсюда можно было перейти куда-то в другие измерения, сейчас понять оказалось невозможно, но гадать и предполагать никто не мешал. Тем более что Антар стоял на территории Радужной империи, первым императором которой был один из пяти богов древности, который, как уверяли летописи, мог преодолевать грани чужих миров.
– Любопытно, – задумчиво протянул старший инквизитор и пришпорил коня, более не задерживаясь возле стен обители.
Он спешил к столице, потому что там ждало его не только расследование, и даже тревога за Никса не стояла первом месте, Эйдан отчаянно скучал по своему питомцу. Еще никогда они не расставались. Пусть незримый, но Горт всегда был рядом. Он давно перестал быть для инквизитора колдовским созданием, зверь превратился в родное и близкое существо. И только один человек мог поспорить за главенство в сердце сурового шейда с Гортом, но о нем… о ней Виллор старался думать, как можно меньше, опасаясь сорваться в Рич раньше времени.
Иногда Эйдан скучал по тем грезам, которые так тяжело было отличить от реальности. Они выматывали душу, но сближали с Ливианой Ассель, пусть только во сне. Теперь же их не было. Грезы исчезли еще в Риче, как исчезло постоянное раздражение и навязчивое желание увидеть женщину, сумевшую покорить холодное сердце, не приложив к этому ни единого усилия. Нет, не так. Увидеть ее, прикоснуться, услышать голос – этого старший инквизитор хотел по-прежнему, но пропала изматывавшая его тяга, и чувства стали… естественными. Можно было думать о деле, заниматься расследованием, разговаривать с людьми, не опасаясь, что его накроет очередная греза, и как следствие, злость. Виллор вновь стал собой. Он больше не опасался навредить тем, кто окажется рядом в момент, когда душу рвет на части от тоски и желаний.
И всё же… И всё же его тянуло к маленькой вдове. Но, как сказал Бирте, Виллор умел расставлять приоритеты. И он доверял Тиму. Бывший наемный убийца умел разбираться в хитросплетении событий не хуже своего хозяина, а амулет, такой же, как и у воинов Ордена, охранял слугу шейда от чар и магического воздействия. Если Тимас уже разобрался с магом, значит, волноваться больше не о чем, лишь о том, чтобы Ливиана сумела понять и принять инквизитора, которого опасалась настолько, что могла уже никогда не подпустить к себе лжеца, скрывшего под маской добродушного шейда свое истинное лицо.
– Еще ничего не потеряно, – напомнил себе Виллор. – Закончу со всей этой дрянью, и мы поговорим более обстоятельно.
Только бы ничего не случилось… Эйдан мотнул головой, уже в который раз просчитывая варианты возможной угрозы. Тень всё еще не вернулся, и Линис не мог расспросить его подробней. Впрочем, старший инквизитор выдал максимум возможной информации, и если Линис на его стороне, то, даже получив сведения, которые собрал Рет, он не будет трогать вдову и ее сына. В собранной сыщиком информации никаких прямых доказательств в сношениях с отступниками нет. И если магистр не хочет настроить против себя единственного союзника, то он не станет проводить расследование за его спиной. К тому же у Линиса и без Асселей полно работы. Другое дело, если кто-то другой захочет заинтересоваться неожиданной страстью Виллора… Но это может быть лишь слежка, и никак не прямая угроза. Заговорщики…
– Надо быстрей во всем разобраться, – досадливо поморщился старший инквизитор. С этой мыслью он продолжил свой путь к столице.
Утро следующего дня Виллор встретил в седле. Он сменил своего скакуна на наемную лошадь, выбрав наиболее молодую и резвую. Солнце уже взошло, и его лучи освещали дорогу, на которой всё чаще встречались путники. Шейд потер лицо ладонью, сгоняя дремоту. Но еще через час его голова свесилась на грудь, и окрик случайного попутчика, ехавшего недалеко от инквизитора привел того в чувство, когда Эйдан начал сползать с седла.
– Вот бесы, – выругался Виллор и свернул с дороги, решив немного передохнуть.
Усталость была не так велика, чтобы ему потребовался долгий сон. Шейд рассчитал, что ему хватит пары часов. Приглядев постоялый двор, он направился к его дверям. Еще не доехав, Эйдан спешился, решив пройтись пешком, но успел сделать всего несколько шагов, когда его кобыла вдруг прянула ушами, дернулась и заржала. Инквизитор уже собрался разразиться бранью, однако замер на мгновение и стремительно развернулся к дороге.
– Горт, – выдохнул он, глядя на сгусток воздуха, метнувшийся к нему.
