К сожалению, сбылось… Вот ещё, тоже из середины 70-х — «Знамя с Куликова поля»:
Дыр тогда не было. А сейчас их полно… Так что вот так, к несчастью… Отчего это?.. Интуиция, наверное. Разумом это не взять…
В. Крупин:
Ю. Кузнецов: — А, ну ладно…
А. Крутов:
Ю. Кузнецов: — Нет, лучше я что-нибудь предугадаю получше…
В нашем семинаре было 19 человек, мы всех их обсудили и 5 человек рекомендовали в Союз писателей. Двоих из них рекомендовали на государственную стипендию. Люди были неодинаковые, из самых разных городов России. Возраст был тоже различен — от 18 до 53 лет. Стили, условно говоря, были тоже разные — от частушечных распевов до верлибра и классического стиха.
Что можно отметить с тревогой, так это то, что очень мало изображения переживания именно сегодняшнего, переживания нашей нынешней жизни, нашего разлома, нашей трагедии. Молодые люди ушли или в себя, или в стихи. Не «я и мир», а «я и стихи». Это очень огорчительный и тревожный симптом. Я, конечно, исключаю рифмованные отклики публицистического характера — они к поэзии мало относятся. Но тем не менее таланты обнаружены. Мы рекомендовали в союз, в частности, Алексея Ахматова, Марину Гах, Дениса Коротаева, Нину Шевцову.
Есенина я воспринимаю как поэт. Поэтому скажу сейчас нечто такое, с чем вы можете не согласиться…
О Есенине много говорили и его современники, и последователи, и сама поэзия Есенина показывает, что мы имеем дело со стихийным явлением. Современник Есенина Вольф Эрлих вспоминал — известные слова из книги «Право на песнь», подглавка «Стойло», я их воспроизведу: «Пока сидит Есенин, все — настороже. Никто не знает, что случится в ближайшую четверть часа: скандал? безобразие? В сущности говоря, все мечтают о той минуте, когда он наконец подымется и уйдёт. И всё становится глубоко бездарным, когда он уходит». Или вот: «Вошёл Есенин, повёл вокруг глазами, в одну минуту покрывшимися мутной поволокой».
Есенин — чистое явление, он непредсказуем, стихиен. Только он входит — и все в ожидании, что же произойдёт. Вспомним определение далёкого от Есенина Пастернака, который видел в нём моцартианство, несистемность: «Есенин был живым, бьющимся комком той артистичности, которую вслед за Пушкиным мы зовём высшим моцартовским началом, моцартовскою стихиею».
