Факт этот кажется с первого взгляда прямо-таки невероятным. Роллан — чистейший мелкобуржуазный радикал, честный пацифист, поклонник Ганди[703], романская разновидность Максима Горького с более высокой культурностью, но с еще меньшим революционным опытом. Барбюс есть Роллан младшего поколения и несравненно меньшего масштаба. В качестве издателя журнала «Монд»[704] Барбюс ведет пропаганду за объединение коммунистов с «социал-фашистами». Трудно представить себе лозунг более нелепый, реакционный и вредный. И вот по вопросу о защите Советского Союза Коминтерн считает нужным прятаться за спину двух мелкобуржуазных пацифистов. Отрицая политику единого фронта с массовыми рабочими организациями, сталинцы передают инициативу единого фронта в руки Барбюса, который стоит за полное слияние с социал-демократией. Трудно выдумать более вопиющее и отвратительное сочетание ультралевизны с оппортунизмом.
Если судить по симптомам, то готовится поворот вправо по всей линии. Наиболее важное значение имеет, разумеется, поворот хозяйственной политики СССР. Газеты еще продолжают трескотню о ликвидации кулачества как класса, а практические меры хозяйственной политики неизбежно подготавливают условия восстановления кулачества. Голова уже повернута резко вправо, а хвост еще торчит влево: таков внешний образ сталинской бюрократии. В Германии отказываются от единого фронта с профессиональными союзами, а через Барбюса и Роллана пытаются растворить пролетарский авангард в самой разношерстной международной братии.
Какой позор! Можно ли хоть на минуту представить себе, чтобы большевистская партия при Ленине «примкнула» к Горькому в деле созыва международного конгресса против войны. Ленин десятки раз говорил и писал: Горький, конечно, прекрасный писатель, но в политику лучше ему не соваться, ибо, кроме путаницы, из этого ничего не выйдет. Сталинцы же, несомненно, подбили Роллана и Барбюса взять на себя инициативу международной путаницы, чтобы попытаться скрыть в ней тупик своей политики.
Все это мы должны разъяснить коммунистам. Новый, чисто авантюрный, при всем своем оппортунизме, эксперимент центризма должен быть понят передовыми рабочими. От этого дело коммунизма только выигрывает. Но задачи левой оппозиции этим не могут ограничиться. Коминтерн уже примкнул к призыву Роллана-Барбюса. Примкнут, вероятно, все или большинство групп, складывающихся ныне в Интернационале № 21/2[705]. Весьма возможно, что при мкнут отдельные организации второго Интернационала, а также всякого рода пацифистские, интеллигентские общества по сю и по ту сторону океана. При этих условиях левая оппозиция не может остаться в стороне. Она должна принять участие в конгрессе, чтобы поставить вопрос о борьбе с опасностью войны по-марксистски, по-ленински. Мне думается, что мы можем при надлежащей инициативе обеспечить за собою достаточно активное и независимое участие в будущем конгрессе.
Нам необходимо сейчас уже начать подготовительную работу: как
Идеологическая сторона не представляет для нас затруднений. Если война есть продолжение политики, то и борьба против войны есть продолжение революционной политики. Правильная политика единого фронта в Германии есть сейчас самое важное и действительное средство борьбы против войны. Мы должны будем напомнить, что опасность войны с Востока есть непосредственный результат гибели китайской революции вследствие ложной политики Коминтерна. Мы должны будем напомнить, как Коминтерн пытался «защищать» СССР при помощи Англо-русского комитета. Мы тем более напомним опыт Антиимпериалистской лиги, на конференции которой Мюнценберг[706] привозил, с одной стороны, делегатов Гоминьдана, а с другой — британских лейбористов. И мы сумеем, разумеется, вскрыть механику нового конгресса, как расширенное воспроизведение маскарада Антиимпериалистской лиги. Вся наша подготовительная работа должна закончиться Манифестом, который необходимо выпустить за подписями всех национальных секций к моменту конгресса, т. е. в конце июля. Принципиально эта политическая сторона, как уже сказано, не представит для нас затруднений. Задача лишь в том, чтобы каждая секция развернула как можно более широкую кампанию по хорошо разработанной программе.
Организационная сторона вопроса гораздо труднее как ввиду сравнительной слабости наших сил, так и ввиду того бешеного сопротивления, которое развернет сталинский аппарат против нашего участия в конгрессе. Эту сторону дела надо обдумать и подготовить с исключительной тщательностью. Успех для нас вполне возможен, так как конгресс по самому типу своему не может быть заключен в строгие организационные рамки.