Наш еженедельник мы хотим сделать органом всей левой оппозиции. Направление журнала достаточно определится, как мы надеемся, настоящим заявлением. Это не помешает редакции отводить на столбцах нашего издания место для выражения и других оттенков левой коммунистической мысли. Пристрастие к отдельным кружкам или эпизодическим группам нам чуждо. Мы хотим обеспечить возможность коллективной работы на более широкой, чем до сих пор, основе. Мы твердо рассчитываем на поддержку всех подлинно пролетарских революционеров, независимо от того, к какой из групп они принадлежали вчера или еще принадлежат сегодня.
Но главные наши надежды мы возлагаем на передовых рабочих, непосредственно связанных с массой. В их лице мы приветствуем наших читателей. Им мы говорим: «Правда» — это ваш орган!
1. По поводу ренегатства Радека и Ко написана Т[роцким] статья «Жалкий документ»[246], которая выходит на трех языках.
2. Ближайшая осень будет, по всем данным, кризисной. Подготовка к ней предполагает беспощадное разоблачение и отсечение капитулянтов.
3. Важной частной задачей является создание правильных и устойчивых связей с нами.
4. Необходимо направить одного-двух человек для организационной работы в Берлине и Париже. Самое лучшее — кого-нибудь из ссыльных.
4.[247] Парижский Харин[248] сыграл роль провокатора: взял для печатания документ и выдал посольству. Копии у нас имелись.
Работа в области иностранной оппозиции подвигается пока медленно. 1-го сентября выходит в Париже еженедельник «Веритэ» под редакцией Росмера с участием активной молодежи вполне нашего направления.
1-го октября начнет в Париже выходить международный орган «Оппозиция» (ежемесячник), пока только на французском языке. Только с выходом этих изданий работа получит систематический характер, притом политич[еский], а не только пропагандистский. Многочисленные группировки стали прямой помехой движению (в том числе безжизненные группы Трэна[249] и Паза). Издания ставили без них. Все живое из их групп примкнет. Пусть вас поэтому не удивляют и не пугают возможные верхушечные передвижки и дезертирства. Радеки и полурадеки есть и здесь. Самое важное сейчас — иметь еженедельное издание, которое будет давать наше освещение всем мировым событиям.
Урбанс не наш человек. Это путаник и нелояльный человек, т. е. испорченный зиновьевской школой. Он колеблется между Брандлером и Коршем, а в практической работе гоняется за дешевой сенсацией. В Ленинбунде — борьба течений. Нам необходим серьезный еженедельник на немецком языке. Мы его поставим вслед за французским изданием. И в Германии не надо пугаться неизбежных верхушечных перетасовок.
Живые и активные группы — в Бельгии и Америке.
Почти все иностранные группы заняли неправильную позицию по поводу русско-кит[айского] конфликта. Критиковать их будем открыто и решительно.
В Австрии три группы, две из них сближаются, группа Фрея остается в стороне.
В Чехословакии наша группа приступает к изданию документов. Завязываются связи с Ю[жной] Америкой.
Дорогой друг!
Американский профессор, утверждающий, что в эпоху военного коммунизма даже Черчилль проводил бы политику Ленина, говорит маленькую частицу истины, которая, однако, немедленно же превращается в грубую ложь, если сделать вывод, что Черчилль мог бы вообще или хотя бы на длительный период заменить Ленина. Что «экономическая необходимость» в конце концов прокладывает себе путь, — это бесспорно. Но только в конце концов. Что она при этом нередко поворачивает эмпириков на 180 градусов — это тоже верно. Но значит ли это, что можно отказаться от марксистской политики, уповая на экономическую необходимость? Нет, не значит.