Дело в том, что Диларий попросил помочь юношу разобрать его древнюю библиотеку, а в ответ он, как известный опытный воин, доложит отцу, что якобы Виеран проходит военную практику лично у него. Сказано – сделано. Теперь молодой эльф уже несколько лет «чистит» библиотеку Дилария и параллельно с этим готовится поступать в Университет, причём далеко не на военный факультет. Тем временем, отец Виерана уверен, что его сын совершенствует боевые навыки и даже, иногда, высылает Диларию некоторую сумму на содержание своего чада. Пока всех всё устраивает. Не знаю, чем закончится их общая авантюра, но будем надеяться, что никто не пострадает!
Я же не переставала удивляться талантам Виерана. Теперь он поражал меня педагогическим мастерством. Эльф чётко, доходчиво и спокойно мог показывать и рассказывать одно и то же до тех пор, пока я не запомню или у меня не начнёт получатся. При этом, ни разу не повысив голоса и не послав меня к чертям собачим. Выдержка завидная. Пожалуй, только Нардан может посоперничать с ним в этом. Тот тоже непробиваемый.
Диларий, всё же, не совсем ушёл на второй план. Он делал со мной разминку и контролировал бой со стороны, иногда предлагая новые подходы и способы при отработке ударов.
Хоть с виду наш эльф был милым, нежным и прекрасным, на деле он оказался извергом, похлеще Дилария в несколько раз. Новый тренер выжимал из меня все соки и силы по полной программе. Если после тренировок Дилария я ползла на четвереньках, то после тренировок с Виераном – на брюхе, как безногая ящерка, желтопузик. Иногда у меня возникали мысли, взять на душу грех и подсыпать эльфу что-нибудь в его любимые вареники, чтобы хотя бы на пару дней выбить его из колеи и отдохнуть. Но эти коварные планы лезли в голову только на первых порах. Потом я привыкла к новым нагрузкам, у меня стало получаться лучше и, в конце концов, тренировок с эльфом уже ждала с нетерпением.
Виеран учил меня не только технике боя, но и внутренней связи с оружием. Особенно активно мы начали работу после моего рассказа о том, как не смогла остановить меч, и он впился в тело охотника. Эльф помогал приручить клинки, быть с ними в связке, слушать и понимать друг друга. Научил вызывать их, когда они были нужны и прятать, если необходимость в них пропадала.
При всей гениальности Виерана и его неземной красоте, влюбиться в него я так и не смогла. Может по тому, что первым в моё сердце попал Валеон, а может сработал тот факт, что он слишком молодо выглядит, хотя ему уже было далеко за сотню, но я интуитивно считала его ребёнком. Потрясающим, талантливым, удивительным, но ребёнком!
Спустя ещё какое-то время, мне удалось узнать ответ на второй, мучавший меня с момента появления здесь, вопрос: почему в этом доме ненавидят существ женского пола? И, как ни странно, выяснила я это у нашего «великого и ужасного» Бари.
У нас с ним проходил очередной мастер класс по кулинарным фишкам: домовой учил меня делать овощные оладьи, а я его бисквит. За окном стояла прекрасная погода, настроение было чудесным и вопрос вылетел из моих уст сам по себе.
– Бари, а почему вы так не любите девушек?
– Потому что они приносят беду. Всегда, – не задумываясь ответил домовой.
А я подумала, что при таком раскладе, лучше уж быть человеком, чем женщиной.
– И даже я?
– Ты? Вроде пока нет.
– А в чём именно заключается «беда»? – снова спросила я.
Вдруг мне всё же посчастливилось набедокурить у них нечаянно.
Бари опустил мохнатую головку, проверяя тесто на консистенцию, тяжко вздохнул и спокойно ответил:
– Это скорее касается Дилария. Некоторых девушек приводили, как тебя, а некоторые приходили сами, чтобы мой хозяин научил их обращаться с мечом. Но не проходило и месяца как они начинали на него вешаться, а мной командовать, – домовик скорчил такую презрительную мордашку, что стало очевидно, диктатура у него не в чести. – Только ты, да Кселима ко мне хорошо относились. А с другими Диларию приходилось разрывать контракты и выпроваживать девиц восвояси. Что очень било по его репутации. Они такие доносы на него писали королю – страшно вспомнить! А последняя, так и вовсе, утопилась из-за неразделённой любви к нему, чем напрочь отбила у Дилария охоту заниматься с девчонками. Кто ж виноват, что мой хозяин однолюб. Как повстречал Кселиму, так и всё, больше никто не нужен.
– Ясно. А где она сейчас? Почему они не вместе?
– А это тебе лучше у самого Дилария узнать. Если захочет – расскажет, – глядя на меня печальными глазками, сказал домовой.
Больше я мохнатика пытать не стала. Из-за меня у него, итак, настроение испортилось. Но для себя сделала пометку, «спросить при случае у Дилария», хотя вряд ли он поведает мне красивую сказку с хорошим финалом. Не зря же Бари погрустнел, когда я про Кселиму спросила. Но любопытство пересиливало совесть.
