Анкеты заполнены, первичные рекомендации выработаны и указаны. Но дело ещё не сделано, осталось главное. Проверка, что называется, "в динамике".
Толстяк снимает трубку и набирает чей-то номер. Невидимый собеседник отвечает быстро, как и всегда. Будто не отходит от аппарата ни днём, ни ночью.
– Я слушаю?
– Кхм… профессор Кенар?
– Да-да, кто это?
– Это из "Братства спасения" беспокоят, распредцентр номер 12…
– Конечно, конечно. Что у вас?
– Мне бы указания по вновь прибывшим получить.
– Хорошо, диктуйте. Я записываю.
– Номер один…
Чудило аккуратно надиктовывает результаты тестов профессору. Тот слушает внимательно, не перебивая. Сразу после – даёт распоряжения:
– Номера три, восемь, шестнадцать – тест на агрессию. Номера один и семь – проверка эмоционального интеллекта. Номера два, пять, девять, десять, четырнадцать – проверка умственных способностей. Номера… номера… номера… по остальным вопросов нет. Записали, голубчик?
– Премного благодарен. Доброй ночи!
– Не за что, молодой человек. Если потребуется – звоните. В любое время суток.
Мозгоправ кладёт трубку. Раскладывает, перетасовывает на столе бланки подопечных. Могуч, конечно, профессор, вот так, по телефону, гопоту сортировать. Неужто есть в этом толк? Впрочем, указания получены, надо выполнять. Его дело маленькое…
– Эт чё, в натуре? Алё, начальник, чё только две шконки? – осматривают, недоумевая, беспризорники, свою комнатку. Трое их, а двухъярусная кровать только одна. Значит, кому-то придётся спать на полу. Вот падлы!
– Я сверху лягу, – тянет сквозь зубы "Третий".
– А чё это вдруг ты? – щерится "Восьмой". – Я тебя, фрайера, первый раз вижу. Иди вон с ним, – презрительно кивает он в сторону "Шестнадцатого", – за место перетирай.
– А ты не попутал, додик? – скалится "Третий". – Моё это место, понял?
– Э, пацаны, харе понтоваться, – вмешивается внезапно "Шестнадцатый". – Вертухаи всех по почкам перетянут и рожей вниз ночевать оставят. Оно нам надо? Я на полу лягу, а вы, не знаю, монетку киньте.
Им неизвестно, что через потайную щёлку за ними наблюдает, делая пометки, мозгоправ. Но и он не ведает, что во всей этой кутерьме отведена ему роль даже не статиста – "болвана". Впрочем, как и многим другим.
Спустя несколько дней мозгоправ вызывает курьера. Раньше нельзя, ведь за воспитанниками требуется понаблюдать. Хотя чего за ними наблюдать? Шантрапа – она и есть шантрапа.
– Всё тут? – ворчит курьер, принимая пухлый, запечатанный пакет с документами. – Или опять ночью возвращаться придётся?
– Всё, милейший, не извольте беспокоиться.
Ишь как загнул – "милейший". Ему-то хорошо, смену отработал – и дрыхнуть, а посыльному ещё пять точек объехать надо, чтобы потом бумажки куда-то под Такран отвезти. И кому они сдались, писульки эти? И шпана эта подзаборная тоже.
