Трудно удержать полностью

– Потому что это означает, что я не выполнила свою работу, не сделала того, для чего меня наняли.

– И только поэтому? – спрашивает Раш, пытаясь заставить меня признать, что я буду по нему скучать.

А я буду. Вообще-то, какое-то время я точно буду испытывать боль, но не собираюсь говорить об этом.

– Нет, не только поэтому. Понятное дело. Что-то же должно положить конец этому ужасному сексу.

Мы громко смеемся, и Раш укладывает меня на спину. На этот раз поцелуй получается более продолжительным, гораздо менее игривым. Ощущается по-другому.

Я не могу понять, как именно, но, когда Раш отстраняется и смотрит на меня, в его взгляде читается напряженность, притяжение, вызванное эмоциями, которым нет названия. От этого у меня в горле образуется комок.

– Мне жаль, – говорит он. – Не хочу оставлять тебя на произвол судьбы.

– Кэннон, скорее всего, понимал, что удержать тебя здесь будет нелегко. Я же, узнав, что его целью стал именно ты, тут же осознала, что нанимать меня не было смысла. – Я стряхиваю песчинки с его лба, потому что с каждым мгновением необходимость прикоснуться к нему становится только сильнее. – Но я согласна с тобой, Раш. Тебе лучше вернуться. Любой, кто скажет обратное, заботится о собственных интересах, не о твоих. Ты точно не должен уходить из Премьер-лиги. Твое место там.

– Мое место в «Ливерпуле». – В глубине души я знаю, что он верит в то, что говорит. Его будущее – футбольный клуб «Ливерпуль». У меня сжимается сердце, когда я вижу его встревоженный взгляд. – Остается только надеяться, что они решат оставить меня, – оттолкнувшись, чтобы сесть рядом, Раш одаривает меня мимолетной улыбкой, которая тем не менее не касается его глаз.

– Эй, – кладу я руку ему на спину. – Переговоры проходят плохо?

Какое-то время Раш молчит.

– Не знаю, спрашиваешь ли ты как друг, который сочувствует мне и хочет оказать поддержку, или же как невероятно хороший агент.

– Может, и то и другое, – с улыбкой пожимаю я плечами.

– По крайней мере, ты честна, – усмехается Раш. – Однако возникает вопрос: почему ты не предложила мне перейти в «КСМ»? Ты сказала, что контракт с Кэнноном это позволяет, но так ни разу и не подняла эту тему.

Я смотрю на океан, пока задаюсь тем же вопросом. Размышляю над этим. Раш Маккензи – откровенный человек, так что он заслуживает того же в ответ. Несколько недель назад я избегала разговора об этом, поскольку не хотела раскрывать карты. Но теперь? Теперь я доверяю ему даже больше, чем раньше.

– Я поддалась импульсу, когда приняла предложение Кэннона. Злилась на семью, которая меня контролировала, а также была расстроена разговором, который подслушала на одной из конференций.

– Чем же тебя так разозлила твоя семья?

– Они заставили меня чувствовать себя так, словно я потеряла их доверие. Будто были не уверены, что я способна справиться со своей работой.

– Так ты приняла предложение Кэннона, чтобы показать, что они ошибались? Но каким именно образом? Удовлетворив его требования?

– Что-то вроде того, – бормочу я, не желая признавать, что обещала отцу сделать Раша своим клиентом.

– Кэннон поручил тебе невыполнимое задание, учитывая, что я никогда и не хотел оставаться в США, – замечает Раш. – А что именно сказали агенты, чей разговор ты подслушала?

Я делаю глубокий вдох и решаю выложить всю правду, но потом понимаю, что тогда Рашу станет ясно, почему я не хотела начинать то, что теперь есть между нами.

– Они обвинили меня в том, что я сплю с потенциальными клиентами, чтобы переманить их на свою сторону.

– Это правда? – невозмутимо спрашивает Раш.

– Не так, как они это представили. Какое-то время я действительно встречалась со спортсменом, который в итоге выбрал меня как представителя своих интересов. Отсюда и слухи. – Я вывожу собственные инициалы пальцем на песке. – Я не хочу извиняться за то, что ношу высокие каблуки, или за то, как одеваюсь.

– То есть за то, что одеваешься как профессионал? – смеется он. – Ни одна женщина не обязана извиняться за то, как она одета. Мужчина может найти ее сексуальной, но это не позволяет ему обвинять ее в том, что она спит с клиентами.

– Спасибо.

– Никто не должен… Ох, – протягивает Раш, которого явно осенила неожиданная мысль. – А теперь ты спишь со мной, со спортсменом, которого должна сделать своим клиентом. Неудивительно, что ты была так непреклонна…

– Да-да, именно поэтому, – смеюсь я, пока размышляю, стоит ли рассказывать ему, что Финн был тем негодяем, который распустил слухи.

Но я все же решаю умолчать об этом.

Я хочу, чтобы Раш перешел в «КСМ» благодаря моим усилиям, а не потому, что разозлился на своего агента, плохо поступившего с женщиной, с которой он теперь спит.

Я хочу, чтобы Раш решил сотрудничать со мной не из жалости, а благодаря моим заслугам.

– Похоже, я вставил прутья в колеса.

– Что? – смеюсь я.

– Как вы, ребята, это называете? – глубоко задумавшись, он слегка поджимает губы. – Думаю, палками.

Я внимательно смотрю на Раша, а когда наконец понимаю, о чем он, усмехаюсь:

– А… вставлять палки в колеса.

– Да. Конечно. Палки в колеса. Похоже, я вставил их.