Он прошелся ладонью по голове, пострадавшей щеке, щелкнул челюстью, улыбнулся и, лениво размахнувшись, дал мне такую пощечину, что я забыла о болевшей руке. Удар последовал неожиданно, слишком быстро и молниеносно, так что я не удержалась на ногах и отлетела в сторону, запнувшись об подлокотник кресла. По щеке сразу разлилась обжигающая болезненная волна, пульсируя в такт бешено бьющемуся сердцу.
— Ударил? Злость сорвал? - я выдохнула и усмехнулась краешком губы, стараясь не беспокоить щеку. - Успокоился? Или еще ударишь? Давай, не стесняйся. Меня же можно бить, трахать как хочешь. Хочешь - дома запирать. Что ты встал? Давай же, вперед.
— Не веди себя как истеричка, - мощные кулаки с хрустом сжались, и даже под тонкой рубашкой проглядывались бугрившиеся на руках вены. - И не выводи меня. Я просил тебя остаться дома. А завтра я бы приехал.
— Мне не нужно твое завтра! Мне вообще ты не нужен! Думаешь что, я буду это терпеть? Нет, Залмаев, - отчаянно улыбалась, лихорадочно затрясла головой. - Не выйдет. Я не позволю меня так использовать. Хочешь трахать эту курицу - не вопрос. Иди и там, на глазах у этой публики ее отымей. Только вот превращать меня в Оксану не смей. Я не хочу, чтобы кто-то делал из меня дуру, и дурой я не буду. Я не позволю вытирать об себя ноги.
Он с пренебрежением рассмеялся.
— Что ты сделаешь? Ты от меня зависишь. Полностью.
— А ты думаешь, я не найду себе лучше? - картинно подивилась его самоуверенности. - Я выйду в этот зал и с десяток себе найду. Не хуже, а может быть, даже лучше. Любого, - щелкнула пальцами перед потемневшим лицом. - Стоит только поманить. И он будет меня ценить и уважать. И не станет меня стесняться. Он все мне даст, даже больше, чем ты…
— Что ты еще хочешь? Что?! - заорал прямо мне в лицо Марат. - Машину, квартиру, луну?!! ЧТО?!
— Я хочу, чтобы со мной считались! Ты стесняешься меня! - изнутри прикусив губу, я с силой оттолкнула от себя чечена. - Тебе стыдно со мной. Я недостаточно хороша. Умна. Красива. Чем я хуже этой мымры? А хочешь отвечу? Ничем. Я лучше. И ты это сам знаешь. Только все равно меня прячешь ото всех. Ты думал, что я смирилась? Что я тебе покорилась? Никогда, Марат. Я не для того стараюсь и пашу, как лошадь, чтобы кто-то мог отмахиваться от меня, как от назойливой мухи.
— Ты все сказала? - холодно выдавил Марат.
— Все. Только ты ничего не понял. Я не буду говорить тебе, что убью или еще что-то. Это ты любишь угрожать. Я скажу проще - или я, или они все. Я многого добилась. Я не хочу становиться мебелью, и ею не буду никогда. Я не бесхребетная дурочка, на которой ты женился. Ты меня с ней спутал. Ты зажрался, Марат. Ты не бог. Не хуже других, но и не лучше. И если думаешь, что лучшего я не достойна - то глубоко ошибаешься.
— Ты хоть представляешь, что я могу с тобой сделать?
— Вполне. Но я не собираюсь это терпеть. Никогда.
Я сделала несколько шагов по направлению к двери, но Марат и тут меня опередил. Решительно заступил мне дорогу, обхватил за талию и почти кинул в кресло. Я закричала, но сразу же мой крик потонул в шершавой, крепко прижатой к моему рту ладони.
— Мне кажется, ты что-то попутала. Вернее, меня с кем-то. Я не собираюсь ни перед кем отчитываться, особенно перед тобой. Ты жадная, расчетливая дрянь, у которой на уме одни деньги, - он скользнул губами по ноющей щеке. Я заворчала, пытаясь убрать его руку с лица. Медленно он передвинул ее мне на горло.
— Если я тебе надоела - отпусти. Делай что хочешь, как хочешь, с кем хочешь, но не пытайся посадить меня в свою клетку.
— Нет.
— Знаешь, сколько мужиков с легкостью тебя заменят? Море. Они будут любить меня, уважать, гордиться мной, тогда как ты всего лишь со мной спишь, и то, когда у тебя есть настроение и желание.
Марат почти лег на меня сверху, под неудобным углом распластав на узком кресле.
— Ты лежишь сейчас и нарываешься.
— Ты тоже нарывался, когда эта корова тебя облизывала, а ты сверкал своими улыбками.
— Эта корова - совладелица ювелирного завода.
— Милой Оксаны, которая болеет дома в одиночестве, тебе уже мало?
— Мы партнеры.
— Это уж точно. В лучшем значении слова.
— Не выдумывай.
— А я и не выдумываю. Только знаешь, что я еще скажу?
— Саш, прекрати.
— Нет, ты дослушай. Вот ты ко мне привык, привык, что я всегда рядом. Что выношу все твои психи, срывы. Что именно я тебя поддерживаю и помогаю. А теперь представь, что меня рядом нет. Я ушла, - он надавил на меня еще сильнее, словно стараясь срастись со мной. - Знаешь, что будет? Ты не сможешь без меня. Ты уже не можешь без меня, просто зажрался. Тебе легче сделать вид, что я недостойна этого общества, недостойна рядом с тобой находиться. Но только шаг влево, шаг вправо - и ты психуешь. А меня это достало. Осточертело. И в конце концов, если ты не дашь мне, что я хочу, то больше меня не увидишь.
— Что тебе еще нужно? Сколько еще денег тебе требуется?!
