Нас, читатель, больше всего интересует Ближний восток. Османская империя, владевшая этим регионом 400 лет, рухнула. Пала она, надо признать, не без славы, ибо сопротивлялась упорно. «Даже погибая, отбрасывала эта империя тень величия» говорили тогда.
Главную роль в её разгроме сыграла, бесспорно, Великобритания. На второе место следует поставить Россию, долго сковывавшую турецкие силы на Кавказе (позднее в Малой Азии), а в 1916 году, во время Брусиловского прорыва, бившую турок и в восточной Европе. Участие Франции в разгроме Османской империи было относительно невелико и в первую очередь выразилось в участии французских сил в борьбе за Дарданеллы (1915 год). А самую скромную роль сыграло арабское национально-освободительное восстание (Фейсала-Лоуренса). Как пишет Ллойд Джордж (британский премьер-министр во время войны), большинство арабов остались верны султану (в Палестине практически все).
Но именно арабы получили в конечном счёте больше всех по итогам Первой Мировой войны. Тогда и родился ближневосточный арабский мир. (Хотя поначалу и они получили не всё, что хотели. Об этом дальше).
Теперь пора нам в Россию вслед за Трумпельдором и Рутенбергом. В недолгие месяцы русской демократии сионизм пережил невероятный подъем, что изумило друзей и недругов, — считалось, что сионизм вырастает из антисемитизма царских властей. И вот Россия вмиг стала свободной страной. Все ограничения для евреев были сняты. И начался фантастический рост сионизма! В царское время сионизм существовал полулегально. Свобода была нам, конечно, полезна. Это было время съездов, конференций, прений — благо все теперь было можно. Во всяком случае, многократно возросло число «шекеледателей» или «шекелевых сионистов», как тогда говорили, — людей, вносивших пожертвования на сионистские цели — с 18 тысяч до войны до 140 тысяч в 1917 году. Сколько из них поехали бы в Землю Израильскую, если бы была возможность, сказать трудно. Это было время полемики в сионистской среде, ибо в сионизме, как я уже говорил, были разные направления и теперь их стало больше. Например, появились во время войны «активисты-легионисты» — сторонники Жаботинского в России. Поначалу, до создания легиона и Декларации Бальфура, немногочисленные, но активные. Появились и всякие другие. Тогда в России функционировали восемнадцать сионистских партий и союзов. Было это время яростных споров с Бундом. Спорили на собраниях, спорили в печати — все стало теперь разрешено.
Но отнюдь не все только спорили и давали «шекели». Были те, кто хотел действовать. И коль скоро Земля Израиля была пока что закрыта, надо было готовиться к переезду. Так родился «Хехалуц», то есть «Авангард». Слово придумали в Америке, а движение развилось в России. Суть была в том, что идейной молодежи еврейской было ясно, что в Земле Израильской невозможно будет заниматься традиционными еврейскими делами. Даже многие ремесла станут не нужны. Ибо в отсталой стране спрос будет прежде всего на тяжелый труд. В основном в сельском хозяйстве. И так еще будет долго. А значит, надо закалить себя и приучить к тяжелым работам. Кстати, многие культуры, выращиваемые в Земле Израильской, выращивались и на юге России. В Крыму, например. Так что практическая учеба была возможна. И еще важно было, что люди могли оценить себя еще в России и не клясть потом сионистов.
