Теперь необходимо поговорить об этом отряде. 19 марта 1915 года созвали 650 молодых евреев, записавшихся в отряд. Британский генерал произнес торжественную речь, где заявил, что еврейский народ заключил союз с британским. Затем представил евреям их нового командира — подполковника Джона Генри Паттерсона. Тут нам повезло. Человек это был замечательный и в Британии известный. И не только там. В 1898 году он, будучи инженером, строил железнодорожный мост в Восточной Африке на реке Тцаво. Он был единственным европейцем, а под его началом находились сотни негров и индийцев. И все бы ничего, но местным львам понравились его рабочие. Львы регулярно нападали на людей. Тамошний народ был уверен, что это не просто хищники — это местные колдуны вызвали злых духов, чтобы сорвать затеи белых. Но Паттерсон оказался не робкого десятка и львов перестрелял. А потом обо всем об этом написал книгу, имевшую большой успех. (Ныне экранизирована. Фильм называется «Призрак и Тьма». А подлинные чучела людоедов выставлены в музее Маршалла Филда в Чикаго).
Позже Паттерсон подтвердил свою храбрость на полях сражений в Англо-бурской войне. Был он англо-ирландцем (отец — ирландец-протестант, а мать — католичка), и был он человеком очень верующим, Библию знал основательно. И мог лучше, чем многие евреи, рассказать о подвигах Гедеона, Маккавеев и прочих героев еврейской истории. Он пришел в восторг от того, что будет командовать их потомками. Он тоже выступил перед еврейским полком, указав, что любая работа важна для победы. И тут же начал обучение — время поджимало. Трумпельдор, получивший чин капитана, стал его заместителем. В отряде было 650 человек и 750 мулов. Он имел собственное знамя с магендавидом (шестиконечной звездой). Официальное название было: «Сионский корпус погонщиков мулов». Видимо, Паттерсон и Трумпельдор были единственными людьми в отряде, имевшими боевой опыт. Вообще-то Паттерсону потребовалось немало терпения с Трумпельдором. Тот был весьма своеволен и не любил подчиняться, считая себя опытнее в военном деле. Но, в конце концов, они подружились. Учиться довелось евреям всего две недели, что было совершенно недостаточно. А затем погрузили их на корабли и повезли на север. Учения продолжались и на кораблях. И вот прибыли они на греческий остров Лемнос (согласия греков на использование острова англичане не спрашивали: считалось, что остров взят в аренду). Там базировались десантные силы — более 80 тысяч человек (это только на первых порах). 24 апреля началась грандиозная десантная операция, безусловно, самая большая в ходе Первой мировой войны. Началась кровавая эпопея, которой долго не было видно конца. Турки дрались храбро — за спиной был Стамбул. Через нейтральные (пока что) Румынию и Болгарию немцы тайно (то есть за огромные взятки) пересылали им оружие и боеприпасы. Справедливости ради отмечу, что взятки там брали от всех — люди там были без предрассудков. Игнатьев — русский военный атташе в Париже — сообщает в мемуарах «Пятьдесят лет в строю», что из Франции, морем через Салоники, и далее через Болгарию и Румынию, он тайно слал оружие в Россию. Конечно, до вступления Болгарии в войну на стороне Германии.
Войскам Британской империи: англичанам, австралийцам, новозеландцам, индусам и гуркхам (непальским наемникам) удалось зацепиться на берегу Галлиполи. Французских войск было меньше, чем британских. В их числе было много чернокожих солдат из французских колоний в Африке — «сенегальских стрелков». Продвинулись все эти разноплеменные войска недалеко. Есть там гора (или небольшая горная гряда — трудно понять) Аги-Баба. Тогда это название обошло все газеты мира. От береговой линии до той возвышенности 8 км. Их и не смогли пройти англо-французы. Гору эту не взяли, хотя и очень хотели: оттуда можно было бы подавить турецкие батареи на берегу Дарданелл. С нее там все видно. Было видно и наших евреев, которые на берегу грузили на своих мулов что требовалось, а потом, под артиллерийским огнем, вели их несколько километров (по траншеям), до передовых позиций. Дрались на Галлиполи очень серьезно. Там, где был Трумпельдор, евреи держались хорошо. Когда его поблизости не оказывалось, поначалу случалось, что трусили. Тут удивляться нечему — он-то бывал во всяких переделках под Порт-Артуром, а они были не обстреляны и почти не обучены. Учиться пришлось на полях сражений. Видимо, со временем они стали приличными солдатами. О них хорошо отзывался не только Паттерсон, но и более высокое английское начальство. Иногда Еврейский легион участвовал и в боях с турками (во время турецких контратак). Паттерсон считал своих людей обычной британской пехотной частью, при том хорошей.
