Так, что ж, разговор пошел явно не туда, куда я ожидал, но — пусть так, зайдем с этой стороны.
— Я так понял, ты кое — что потерял.
Рыболов нахмурился еще сильнее.
— Вы, выходцы с Востока, что, без загадок вообще говорить не можете?
Ты меня уже сильно сердишь.
Разговор пошел совсем уже не так, как я ожидал.
— Твоя слеза Вирры.
— Моя что?
— Э. Камень такой? Черный обсидиан, отполированный Темными водами.
— Ты о чем вообще говоришь?
Я покопался в кармане, нашел клочок бумаги и токнул к нему. Он покосился на написанное:
— Мой адрес, — кивнул он.
— И там, — сказал я, — в этом доме, есть тайничок под кроватью, у изголовья ближе к правому краю.
Глаза его сузились, зубы скрипнули.
— И ты об этом знаешь. Откуда?
— Есть источники, — отозвался я. — А внутри в этом тайнике шкатулка, а в шкатулке был камень, который зовется…
— Ничего в том тайнике не было, — отрезал Рыболов. — Я лет двадцать им не пользовался. Тебя дезинформировали, и мне очень хотелось бы знать, откуда в точности получены эти сведения, потому как намерен кое с кем плотно пообщаться.
Я сел поудобнее, глядя на него.
— Ну да, — согласился я, — понимаю тебя. Я бы тоже хотел.
— Что…
— Ты же не врешь мне? — спросил я. Глупый вопрос: ну кто ж сознается, если даже соврал?
— Ты бы лучше…
— Так, ладно. Давай начну сначала. Есть камень, который используют в некоторых разделах магии, зовется он — слезы Вирры. Один из таких попал мне в руки, я хотел его продать. Узнал, что украли его из твоего дома, вот и пришел к тебе.
Он какое — то время молчал и сидел недвижно, лишь ноздри его раздувались.
— И что ты мне не рассказал?
— Ну, я надеялся на вознаграждение за возвращенную собственность.
— Ага. А еще?
— Много чего.
— Кто вломился в мой дом?
— Вор, — честно ответил я.
— Это был ты?
— Нет, конечно.
— Ты заказал кражу?
— Нет.
— Врешь?
— Нет.
Видите, насколько глупый вопрос? Он сверкнул глазами, как будто мой ответ ему отчего — то не понравился.
— Итак, — проговорил он, — ты утверждаешь, что кто — то вломился в мой дом и украл то, чего у меня никогда не было.
— Ну, — заметил я, — если честно, часть этого утверждаешь ты.
— А может, ты врешь насчет того, откуда взялась эта штука?
— Хм. Что ж, может, и так, — соврал я. — Но если вдруг я все — таки не вру, кто мог вломиться в твой дом и положить там нечто такое?
— Никто, — ответил он.
Что это, крошечный момент замешательства перед ответом? Легчайший намек, словно ему вдруг пришло на ум имя? Может, это лишь мое воображение, однако я был почти уверен, что кое — что засек.
— Ну ладно, — сказал я. — Тогда так. Я снова проверю свои источники…
— А я все же думаю, что ты врешь, — заявил он. — Думаю, это ты велел подломить мой дом.
— Я никому такого не приказывал, — совершенно честно проговорил я.
— А может, скажешь, кто эти твои источники?
— В смысле, кто вломился в твой дом? Ну, может, тебе следует подать жалобу гвардейцам Феникса, пусть проведут следствие.
— Не играй со мной в игры, выходец с Востока.
— Почему? Мне нравятся игры. Развивают разум.
— Знаешь, ты очень меня раздражаешь.
— Если это поможет, — заметил я, — ты первый, кто…
— Тебе следует научиться следить за своим языком.
— Непременно займусь этим. Что можешь, так сказать, посоветовать?
— С этим делом справляйся сам.
— Что ж, сделаю что смогу.
— Наверное, я все — таки тебя убью.
— Ладно. Но тогда учти вот это вот, — рука моя скользнула под плащ.
— Не сейчас, — сказал он.
— Тогда благодарю за предупреждение. И все равно хотелось бы знать, кто спрятал эту штуку у тебя дома.
— Не твое дело, и ты в любом случае мертвец.
— Ладно.
— Уходи, — велел он.
Я поднялся и вышел. Как — то давненько никто не угрожал меня убить.
Теряю форму.
Я спустился вниз по лестнице, Лойош подлетел ко мне, Коти заняла место чуть сбоку и сзади, и мы вышли из таверны. Чуть дальше по улице Коти спросила:
— Ну?
— Ты остаток вина с собой прихватила?
— Конечно.
— Хорошо.
— Что случилось?
— Или он мне наврал без каких — либо разумных причин, или тут творится что — то странное.
Я пересказал ей разговор.
— Если он и правда хочет меня прикончить, — заметил я, — ему придется получить дозволение. У нас один босс.
— Думаешь, Тороннан ему разрешит?
— Трудно сказать.
— Тогда давай предположим, что это не пустая угроза.
Я кивнул, и мы пошли дальше.
Уже почти у моей конторы она проговорила:
— Я вот все думаю. Если он говорил правду, мне очень хотелось бы знать, кто вламывается в чужой дом, чтобы скрыть там нечто ценное. И зачем.
— Ну да.
— И вот подумала я, что дело не в ценности. Или камень нужно было спрятать, а дом Рыболова почему — то оказался подходящим, или…
Она замолчала, но мысль продолжил я:
— Или тут задействована какая — то некромантия, и Рыболов — ее цель.
— Точно.
— Если так, и получится узнать подробности, мы можем воспользоваться этим.
— Чтобы вернуть твои восемьсот империалов.
— Ага.
Мы дошли до конторы и поднялись наверх. Я так и не увидел, кого Крейгар отрядил прикрывать меня. Войдя в кабинет, я взял слезу Вирры со стола и спрятал под плащ.
— Влад?
— Да, любимая?
— У тебя есть план.
— Ага.
— А мне можно его услышать? — спросил Крейгар.
