Послание от царя Шешая он принял и легко написал ответ, где сообщил, что как князь и царевич он не признает право его убрать и больше он податей платить не будет. Расчет был на то, что уже осень и если долгой перепиской затянуть время, то по весне можно нанять людей среди сирийцев.
Поэтому известие, что Зевул уже на подходе было полной неожиданностью для него. Цалмунна явно собирался прибрать к рукам богатый город и потому налет был внезапным. Маон собрав жену и людей а, также подняв верную тысячу своих людей, ушел по долине в Израиль.
Когда царя Давида известили, что в Вифлеем прибыл князь Маон с большим количеством людей, он этому не обрадовался. С царем Шешаем у него был договор, и вмешиваться в междоусобицу своего союзника он не желал. Пелетеи Давиду были нужны, чтобы контролировать филистимлян, но и сильный царь наподобие Хадада был уже не нужен, а как держать Маона под контролем он не совсем понимал.
Он поговорил с Хушаем стоит ли помогать этому Маону.
— Маон князь сильный, — сказал Хушай, — И к тому же сын Хадада и люди его знают и уважают. Если начнётся усобица, то он может победить, но Зевул военачальник старый закалки, он воевал с Хададом, с ним Маону не справится. Однако Шешай царь слабый и всё идёт тому, что сильные князь его уберёт.
Давид однако ещё сомневался, стоит ли помогать Маону и спросил об этом Ахитофела. На что Ахитофел сказал:
— Маон действительно князь сильный, но всё идёт к тому что Зевул станет новым царём и Маону с ним не справится, я бы посоветовал выждать чем окончится это дело и затем уже будем вести дела с тем кто станет там новым царём. А возможно мы просто нагнетаем панику и Шешай вполне способен контролировать своих слуг.
Давид решил принять совета Ахитофела и Маона не призвал в Иерусалим. Маон не получив помощи отъехал в Гат к царю Ахишу.
Зевул выехал на лошади во главе десятка своих ближних слуг. Его отец Цалмунна уже сорок лет служил царям Пелетеев, обрастая землями и богатством. Авторитет среди знати и народа был высок настолько, что все шло к тому, что когда Зевул станет царем, все примут это как должное.
Однако Зевул не забывал, что царя Шешая поддерживают многие знатные землевладельцы и военачальники, а также князь Ахиман был законным претендентом на престол. Маона он не воспринимал за соперника после его позорного бегства, ограбив Фирцу и окрестные селения, он вернулся в свое поместье, не желая, находится там.
В последнее время участились столкновения пастухов на пограничных землях с Ахиманом. Зевул видел в этом агрессию, усилившуюся после изгнания Маона. Видимо Ахиман опасается такой же участи.
Зевул окинул взглядом ближайшие рощи.
— Поохотимся сегодня в этом лесу, — сказал он.
Сотник его дружины покачал головой.
— Зачем злить лишний раз Ахимана. В последний раз, когда мы так повеселились, нам пришлось бежать как трусливым зайцам.
Зевул нахмурился.
— На нас напали с трех сторон еще и людей с рогатинами выставили, за это у меня к Ахиману особый счет. Поехали.
Они направились к роще. Когда до первых деревьев оставалось всего десять метров, прожужжали стрела и, воткнулась под ноги лошади Зевула. Он резко остановил своего скакуна. Из тени деревьев выходили вооруженные люди. Сам Ахиман был здесь.
— Остановись Зевул. Я не позволю больше нарушать закон. Отныне любой посягнувший на мои земли будет убит. И к тебе это относится в первую очередь.
Зевул пришел в ярость.
— Меня остановить вздумал, — грозно произнес он, — Да кто ты такой? Здесь везде мои земли а захочу и твою землю заберу. И ты ничего не сможешь сделать.
— Твоя земля, — вопросительно спросил Ахиман, — Здесь моя земля, ты кто такой Зевул. Слуга царский, а я из рода Хорай и мой побратим царь Хорайи. Ты же слуга и смеешь мне указывать, где какая земля. Лань выбежала из моего леса, и я имею право догнать ее здесь.
Зевул был оскорблен такими замечаниями, но не спешил затевать ссору. Потому спокойно заметил, что стрела убившая лань выпущена не Ахиманом.
— Ты мнишь себя родичем царя, но не смог убить эту лань. Моя стрела прервала ее существование и потому убирайся князек из моих владений и детишек своих захвати.
Это уже была насмешка, и Ахиман стиснул кулаки.
— Убирайся пес, — крикнул он, выхватив меч, — Пока я не велел прогнать тебя палкой как нерадивого слугу.
Зевул больше не мог сдерживаться от такого количества оскорблений. Он выхвктил меч и сухо произнес:
— Я никогда еще не слышал столько оскорблений и не потерплю больше. Ты князь из царского рода, но сегодня я опозорю тебя перед твоими людьми и поставлю ногу тебе на грудь. И возможно я пощажу тебя, но связанного в клетке отправлю к царю.
Ахиман выступил вперед и смотрел, как Зевул готовится к поединку. Против такого сурового и опытного военачальника у него мало шансов, но он не хотел отступать. Он внезапно кинул дротик в Зевула скриком:
— Я еще посмотрю, кого ты отвезешь в клетке.