– Значит, так, – жестко скомандовал Вадим. – Срочно что-нибудь выведите из строя. Какой-нибудь прибор. Начальство как приедет, так и уедет. Конечно, Андрею достанется по шапке, но с болтуна и взятки гладки. Тем более, сегодня стартовать нельзя. Поисковики и радары у государственных спецслужб будут отключены только завтра, первого мая после праздника Вальпургиевой ночи. Усекаете?
– Но почему?..
– По кочану, – обрезал Вадим. – Я вам несколько раз объяснял, что за годы, проведенные вами здесь, во внешнем мире многое изменилось, хотя… Хотя у власти все те же архантропы. «Праздник отдохновения» у них наступает именно после Вальпургиевой ночи. Не знаю, откуда это пошло, только пока остается неизменным порядком. Поэтому нам шевелиться до «послепраздника» нельзя. Договорились? Вот и ладно, – Михайлов принялся доставать из своего рюкзака какие-то бумаги, которым очень обрадовались конструкторы.
Оба они, Андрей и Алексей, чем-то неуловимо походили друг на друга: либо у них в корнях были позабытые родственные связи, либо многолетняя совместная работа сделала их похожими на братьев-близнецов. Иногда некоторые фразы они, не сговариваясь, произносили одновременно, у обоих белые халаты были испачканы с правой стороны чуть выше кармана, и даже глаза изобретателей казались одинаковыми: оба не могли смотреть собеседнику в лицо. Эта, казалось бы, маленькая деталь наводила на размышления… Видимо, у обоих были серые пятна в биографии, иначе удрать из конструкторского бюро им не составило бы труда, каким бы тюремно-режимным это КБ не было. Видимо, до сего времени сбегать они с подземного завода не собирались.
Во всяком случае, Вадим Михайлов подвернулся изобретателям вовремя. Тем более, он сумел доставить сюда навигационные приборы, необходимые для прокладки маршрута и географические карты существующих подземелий мира. Сбегут изобретатели, конечно, скорее всего, в Америку, потому что та всегда принимала и переманивала мыслящих людей из всех стран, желая стать Центром Вселенной. То есть с миру по нитке – и США представят на общее обозрение законопослушных граждан, умам которых позавидовали бы многие правительства.
После краткого прощания с конструкторами, Давид с Вадимом двинулись тем же путем к открытому входу в КБ. Путешествие по коридорам этого уровня на сей раз не заняло много времени.
Вскоре они оказались на открытом пространстве, где с одной стороны виднелся берег подземного моря. Однако никаких водопадов не наблюдалось, хотя сильный шум падающей воды доносился откуда-то издалека. Грунт под ногами из сплошного камня перешел на суглинок и в некоторых местах обозначились песчаные осыпи. Подошвы ботинок на таком грунте отпечатывались четко – если нагрянут айрисы, то обнаружить непрошеных гостей им не составит труда. Михайлов несколько раз досадливо морщился, но заметать следы было нечем.
Вдруг впереди показалась ровная каменистая поверхность, на которой никакие следы не были заметны. Давид и Вадим, не сговариваясь, поспешили туда и… свалились в неожиданно открывшуюся яму. Падение на дно ловушки, пусть и с небольшой высоты, оказалось неприятным. С Давида слетела каска, он ударился головой о камень и несколько минут пролежал без сознания.
Придя в себя, Давид потрогал рукой затылок – на пальцах остались пятна крови. Недалеко валялась каска, фонарь на ней не был разбит. Нахлобучив ее, парень огляделся. Луч света выхватил из темноты фигуру Вадима Михайлова, неподвижно лежащую метрах в пяти от Давида. Дальше высвечивалась крутая скала, уходящая вверх. Такие же крутые стены возвышались кругом в пределах видимости. Казалось, выбраться отсюда невозможно ни под каким соусом.
В первую очередь Давид подполз на четвереньках к Вадиму и повернул того на спину. Диггер очнулся и застонал.
– Плохо дело, – вслух подумал Давид. – Ты как, Вадим, подняться сможешь?
Михайлов снова застонал и открыл глаза:
– Мы вляпались, Давид. Эта ловушка приготовлена айрисами, чтобы такие лохи, как мы, не мешали мистерии. Это мой прокол. Ведь я знал, какие капканы могут понаделать слуги Сатаны. Если мы попадем к ним в лапы, то перед тем, как позволить умереть, айрисы над нами всласть поиздеваются… Я встать не могу. Видимо, повредил позвоночник. Поэтому тебе надо спокойно вынуть нож и перерезать мне глотку… Извини уж, что твою невесту спасти не удалось. Значит, не так карта легла.
– Какая карта?! Ты о чем говоришь?! – закричал Давид. – Я сейчас подниму тебя и вытащу отсюда. Позову конструкторов, и мы протащим тебя на «Крот». А дальше…
– Дальше не сочиняй, – слабым голосом перебил Вадим. – Закон подземелья суров: подранков не оставляют живыми. Если не айрисы, то крысы съедят меня до косточки, да и тебя тоже. Так что выход только один, чтобы не быть съеденным заживо…
