Еще одним уникальным архитектурным творением Ирода стал загородный дворец Иродион, воздвигнутый, по сути дела, внутри высокого холма, неподалеку от того самого места, где в 40 году до н. э. бежавший из Иерусалима Ирод принял бой с посланными на его перехват воинами Антигона. Само это место невольно будило в царе воспоминания о победе в той битве, вселившей в него надежду на конечную победу над Антигоном и исполнение самых заветных чаяний. Причем воспоминания эти были настолько для него важны, что и мавзолей, где ему предстояло упокоиться, Ирод построил именно у подножия Иродиона.
И сегодня, поднявшись по останкам древней лестницы на вершину Иродиона, мгновенно понимаешь всю стратегическую важность этой крепости, с которой легко просматривается вся округа и к которой крайне трудно подступиться для штурма.
На верхних этажах Иродиона располагались покои самого царя и его приближенных, а дальше начинался кажущийся бесконечным спуск вглубь горы и открывались все новые и новые комнаты для гостей, для челяди, для купания — с роскошными каменными и мраморными ваннами, размеры которых и не снились детям сугубо утилитарных XX и XXI столетий. И само собой, в Иродионе были кухни, склады для припасов и т. д.
Благодаря тому, что дворец был, как уже сказано, упрятан вглубь горы, в нем всегда царила приятная прохлада, а хорошо продуманная система освещения и вентиляции способствовала тому, что во всех комнатах было свежо и светло.
Вдобавок ко всему Ирод подвел к Иродиону воду, что позволило не только принимать ванны и наслаждаться баней (как же без этого!), но и разбить вблизи парк с фонтанами и амфитеатром.
В наши дни, когда Ирод ион окончательно раскопан, он является одной из важнейших достопримечательностей Иудеи, поражая и фантазией своего архитектора, и техническими знаниями и мастерством тех, кому довелось воплощать эту фантазию в жизнь.
И все же все грандиозные проекты Ирода по масштабу и сложности архитектурной и инженерно-строительной задачи меркнут перед его самым выдающимся деянием — перестройкой, а по сути дела, и строительством заново Второго иерусалимского храма.
Согласно талмудической легенде, Ирод в итоге казнил всех членов синедриона, которые когда-то осмелились вызвать его на суд, оставив в живых только одного из них — Баву бен Буту.
Но это вовсе не означает, что Ирод пощадил этого мудреца. По его приказу Баве бен Буте выкололи глаза, затем подвергли жесточайшим пыткам, исколов его голову и облепив ее пиявками.
Слепого и ослабленного, его поселили в одной из крепостей Ирода, будучи формально свободным, но де-факто приговоренным к пожизненному заключению.
Но однажды дверь в хижину Бавы бен Буты распахнулась, и под видом случайного гостя вошел сам Ирод.
«Пришел Ирод, сел против него и сказал:
— Видел ли ты, что этот жестокий раб сделал?
— Что же я в силах сделать в отношении его? — спросил слепой Бава.
— Прокляни его!
— В Писании сказано: “Даже в помыслах не кляни царя”.
— Сказано “начальника в народе твоем не проклинай”, то есть преданного народу. Этот же — враг народу! — И ты не бойся проклясть его: ведь кроме меня и тебя здесь нет никого.
— “Птица небесная может слово перенести и крылатая речь пересказать”.
— Знай же, это я, Ирод, говорю с тобою. И признаюсь: знай я, что иудейские ученые — люди столь строгой нравственности, я не казнил бы их. Ныне же чем я могу искупить преступление свое?
На это Бава ответил так:
— “Заповедь — светильник, и закон — свет”. Погасивший свет мира [казнью мудрых] пусть зажжет свет мира [восстановлением Храма]»[53].
Этот разговор, согласно Талмуду, и подвиг Ирода на перестройку Храма — таким образом он решил искупить свои грехи за жестокие деяния.
Понятно, что речь идет не более чем о легенде. Вопрос о том, какими именно мотивами руководствовался Ирод, затевая в 22 году до н. э. это грандиозное строительство, до сих пор вызывает ожесточенные споры между исследователями той эпохи.
Арье Кашер, к примеру, убежден, что Ирод, будучи одержим жаждой увековечить свое имя в истории, отождествлял себя с царем Соломоном и даже втайне считал себя его реинкарнацией. И так же как Соломон прославился прежде всего строительством Храма и царского дворца, Ирод, уже построивший два дворца в Иерусалиме, возмечтал воздвигнуть в столице Храм, который по своим размерам и великолепию не уступал бы Храму Соломона.
Не исключено, что именно отождествление с Соломоном и помогало Ироду находить самооправдание строительству языческих храмов, ведь царь Соломон, согласно Библии, тоже проявлял «религиозную терпимость» и построил множество храмов языческим богам для своих жен-неевреек.
