– Да, Империя в глубоком упадке, но я бы не рискнул…
Императрица не дала мне договорить и спросила:
– Борис, вы с нами сейчас?
Из браслета раздалось его вечное ворчание:
– Да, моя девочка, я с вами. Согласен. Этот Имперский Курятник давно нужно как следует встряхнуть.
Вопросительный взгляд темно-янтарных глаз. Она так похожа на свою маму. И реинкарнация самой Благословенной. Ум, озорство и напор. Не знаю, услышу ли я классическое: «Муж, дай денег», она все же августа. Скорее уж: «Муж, я там взяла денег» (Мелочь, всего несколько миллиардов золотых имперских солидов из бюджета Дома. Взять ассигнования без согласований и всяких там дебатов у парламентов не получится.), но я знаю точно, что она потратит их на новые университеты, школы, больницы, полярные или орбитальные станции, стипендии… Не на себя любимую и капризную, не на шмотки, не на бриллианты с автомобилями и прочими имениями на островах. Ей это если не чуждо, то как минимум не очень интересно.
Да, когда она пришла в нашу квартиру 1 февраля, она прямо сказала: «Корону никому не отдам» и «Я хочу возродить Империю», я не принял это всерьез. Молодая девочка с фантазиями, не более. За свою долгую жизнь видел я и не таких фантазерок. Но вот сейчас…
Господи, девочка, где ты была все это время? Мария Вторая не успела разглядеть преемницу, но Провидение само определило Преемнице Путь.
Августа напомнила о себе:
– Муж, я хочу тортик. И кофе остыл. Решай.
– Что ж, как говорится, большинством голосов. Да, я с вами. Пора.
