Забелин: «Царь Алексей Мих. не более как за полгода перед своей кончиной 6 Авг. 1675 г. СТРОГО ПОВЕЛЕЛ [«Стольникомъ и Стряпчимъ и Дворяномъ Московскимъ и Жильцомъ… Свой Государевъ указъ сказать, ЧТОБЪ ОНИ ИНОЗЕМСКИХЪ, НЕМЕЦКИХЪ И ИНЫХЪ ИЗВЫЧАЕВЪ HE ПЕРЕНИМАЛИ, ВОЛОСОВ У СЕБЯ НА ГОЛОВЕ HE ПОСТРИГАЛИ, ТАКОЖ И ПЛАТЬЯ, КАФТАНОВЪ И ШАПОКЪ СЪ ИНОЗЕМСКИХЪ ОБРАЗЦОВЪ HE НОСИЛИ, и людямъ своимъ по томужъ носить не велели; а буде кто впредь учнетъ волосы подстригать и платье носить съ иноземскаго образца, или такоежъ платье объявится на людяхъ ихъ, И ТЕМЪ ОТ ВЕЛИКАГО ГОСУДАРЯ БЫТЬ ВЪ ОПАЛЕ, И ИЗЪ ВЫШНИХЪ ЧИНОВЪ НАПИСАНЫ БУДУТЪ ВЪ НИЖНИЕ ЧИНЫ»]» [55], ч. 2, с. 442.
По-видимому, при Алексее Михайловиче реформаторы решили сделать вид, что они благодушно отступают от своих жестких требований. Решили даже издать указ против перегибов. Дескать, были допущены неправильные перегибы, но их организовали какие-то безответственные плохие люди. Которым мы (как только их обнаружим) объявим выговор.
Но вскоре, уже при царе Федоре Алексеевиче, притворная маска дружелюбности была окончательно сброшена и западная колонизация России продолжилась с еще большим напором. Забелин сообщает: «О царе Федоре Алексеевиче рассказывают, что ОН УПРАЗДНИЛ СТАРЫЙ РУССКИЙ КОСТЮМ И ВВЕЛ ИНОСТРАННЫЙ, ГЛАВНЫМ ОБРАЗОМ, ПОЛЬСКИЙ» [55], ч. 2, с. 442.
Еще дальше пошел Петр I, приказавший, кроме всего прочего, реформировать даже внешний облик русских людей, например, попросту ловить упорствующих бородачей на улицах и силой резать им бороды. А также резать длинные рукава на одеждах. На рис. 9.11 мы приводим позднюю гравюру, на которой художник XIX века нравоучительно внушает своим современникам — как прогрессивно Петр I много лет тому назад резал рукава одежд у консервативных бояр. На рис. 9.12 показаны специальные знаки, установленные Петром I за право носить бороду. Число таких знаков было весьма ограничено. Сообщается следующее: «27 августа в Преображенском собрались, по обыкновению, множество бояр и всякого звания люди. Петр очень ласково разговаривал то с тем, то с другим, но невзначай брал за бороду и со словами: «видишь, я без бороды и тебе неприлично являться таким косматым», ОБРЕЗЫВАЛ БОРОДУ; начал он с боярина Шеина и с Ромодановского, не тронул только бород самых старых и всеми уважаемых бояр — Тихона Никитича Стрешнева и князя Михаила Алегуковича Черкаского; они ОДНИ остались с бородами (всем другим отрезали; причем некоторые бояре с перепугу сбривали сами —
