Как мы теперь понимаем, ничего удивительного в подобных старинных изображениях нет. Странно было бы обратное: если бы указанные ордынские и османские цари-ханы XIV–XVI веков, — то есть осман-султан Сулейман Великолепный (= Соломон = Юстиниан) и Иван IV «Грозный» (= Карл Великий), — были бы одеты не в свои привычные ордынские одежды, а как-то по-другому. См. таблицу параллелизмов в ХРОН1 и ХРОН6. Кстати, в практически таком же кафтане, но только более скромно украшенном, изображён в «Нюрнбергской Хронике» Хартмана Шеделя и византийский император Гераклий (Ираклий), правивший якобы в 610–641 годах [178], лист CLI. См. рис. 9.8. Надо отдавать себе отчёт в том, что подобные западноевропейские средневековые изображения во многом условны, они вряд ли передавали портретное сходство далёких царей-ханов и скорее очерчивали лишь общий облик «монгольских» правителей, стиль их одежд и т. п.
Согласно В. Далю, «ТАФЬЯ ж. шапочка, род скуфьи, ермолка, еломок, тюбетейка. На государе была тафья. Выходн. книг. Царь дал опричникам тафьи, Карамзин».
И.Е. Забелин сообщает, что среди старинных русских головных уборов «ПО ПОРЯДКУ ПЕРВЫЙ головной убор составляла ТАФЬЯ, круглая шапочка, плотно покрывавшая голову по маковке, или по темени, род скуфьи… Наша тафья по всему вероятию зашла к нам от татар, хотя поселилась ТОЛЬКО В ВЕРХНЕМ ПЕРЕДОВОМ ЗНАТНОМ И БОГАТОМ СОСЛОВИИ, главное по тому обстоятельству, что это сословие у татар же взяло обычай стричь свои волосы, как говорит Флетчер, плотно до самой кожи, а знатные бояре, говорит Олеарий, брили головы и считали это украшением. Голая голова, конечно, требовала необходимого покрытия, каким и явилась ТАФЬЯ, по-татарски ТАКИЯ» [55], ч.2, с. 462–463.
«Тафья в наряде очень господствовала в XVI ст., когда любил носить её и царь Иван Вас. Грозный и когда дело дошло до того, что в тафьях стали входить и в церковь и стояли на богослужении, что строго было воспрещено правилами Стоглавого Собора» [55], ч. 2, с. 463.
И далее: «В домашнем обиходе носили тафью без особых украшений, но на выходах, красуясь перед людьми, её богато убирали золотным шитьём, унизывали крупным жемчугом и дорогими каменьями» [55], ч. 2, с. 463.
