И.Е. Забелин приступил к раскопкам, на которые потратил много лет. Надо сказать, что в его время археологи уже столкнулись с интересным эффектом. Будучи убеждёнными в правильности скалигеровско-миллеровской хронологии, и наталкиваясь на частое присутствие в курганах предметов якобы существенно разных эпох, археологи начали следующим образом объяснять себе и общественности обнаруживающиеся противоречия в привычной для них хронологии. Дескать, «часто в древний курган зарывали умерших ЧЕРЕЗ СОТНИ, А ТО И ТЫСЯЧИ ЛЕТ ПОСЛЕ ТОГО, КАК БЫЛО СОВЕРШЕНО ОСНОВНОЕ ЗАХОРОНЕНИЕ. Некоторые насыпи содержат ДЕСЯТКИ таких „впускных“ могил, порою нарушающих друг друга» [56], с. 644. Как мы теперь начинаем понимать, никаких сотен и тысяч лет не было. А были лишь ошибки в искусственной хронологии, установленной в XVII–XVIII веках. Так что упомянутые «десятки могил» в одном кургане принадлежат, по-видимому, одной и той же эпохе, а вовсе не разнесены друг от друга на тысячелетия.
Во времена И.Е. Забелина, «в те годы степная полоса была ещё слабо освоена людьми, в значительной мере оставалась нераспаханной. Её не прорезали, как сейчас, ни железные, ни шоссейные дороги. На курганах кое-где стояли „каменные бабы“, поставленные половцами, А ОКРЕСТНЫЕ ЖИТЕЛИ ХОДИЛИ К ЭТИМ ИДОЛАМ НА ПОКЛОНЕНИЕ (в девятнадцатом веке! —
За годы раскопок И.Е. Забелин сделал много археологических открытий. Достаточно сказать, что в 1862 году, в Поднепровье, именно он раскопал знаменитый Чертомлыкский курган. Этот огромный курган высотой более двадцати метров и объёмом около 100 000 кубических метров, находился к северо-западу от Никополя [56], с. 647. Раскопки дали ценные результаты. Было обнаружено богатое царское скифское погребение (мужское и женское), склеп с несколькими ответвлениями, захоронения конюхов, воинские погребения. Оружие, золото, серебро, бронза и т. д. и т. п. Наиболее популярна серебряная ваза — «самое интересное из найденного в Чертомлыке» [56], с. 647. Сегодня её иногда именуют Никопольской скифской вазой и датируют IV веком до н. э. См. рис. 9.13.
Стоит отметить настораживающий факт. Сегодня нам известны, по-видимому, далеко не все предметы, извлечённые И.Е. Забелиным из кургана. Утверждается, будто ОДНУ ТРЕТЬ НАХОДОК «пришлось подарить» владелице земли, на которой находился курган — вдове генерал-майора Зейфарта [56], с. 648. Что стало с этой третью частью — не сообщается.
В 1876 году И.Е. Забелин оставил полевые раскопки. Тем самым, он трудился на данном поприще примерно шестнадцать лет. В этом он выгодно отличался от большинства историков, которые всю свою жизнь проводили в кабинетах, не выезжая на реальные раскопки.
Дальнейшие события показывают, что после археологического периода в своей жизни, в мировоззрении И.Е. Забелина произошли заметные изменения. Их усилили также и его многолетние исследования архивов и старых документов, по которым он написал свой известный труд «Домашний быт русских царей и цариц в XVI и XVII столетиях». Коротко говоря, он понял, что русскую историю на протяжении многих лет тенденциозно искажали. В частности, что в земле лежит совсем не то, о чём рассказывают историки. И тогда И.Е. Забелин попытался восстановить истину. Сразу скажем, что в полном объёме сделать это ему не удалось. Более того, скорее всего, он не осознал даже масштаба всей проблемы. Но понял многое. И решил поделиться своими открытиями с научной общественностью.
Биографы И.Е. Забелина отмечают следующий факт. В это время одну из своих статей он отдал «не в какой-нибудь либеральный журнал, а в „Русский Архив“. Этот орган был основан по инициативе славянофила А.С. Хомякова историком славянофильского направления Петром Ивановичем Бартеневым. Некогда Забелин резко критиковал его публикацию охотничьего дневника царя Алексея Михайловича. Славянофильских изданий до семидесятых годов он всегда сторонился. НО СИТУАЦИЯ ИЗМЕНИЛАСЬ» [56], с. 687. Что же произошло?
