— Товарищ, помочь тут ничем нельзя… Билль Смит притянет меня к суду за убийство своего быка, и мне придется заплатить немало денег. Бык был породистый и привезен издалека. Смит никаким словам не поверит и скажет, что я нарочно спустил тебя, чтобы спасти свою шкуру. Да, черт возьми! Не очень–то тебя любят в этих местах, и, если мне не удастся присмотреть за тобой, кто–нибудь прикончит тебя, товарищ. Мы должны держаться друг друга, ты и я. И то правда, поладили мы с тобой хорошо, а все–таки оставить тебя здесь нельзя, и вот я решил написать Силлаби и Гопкинсу и дать им знать, что ты нашелся, товарищ. Надеюсь, денег, которые они уплатят мне, хватит, чтобы разделаться с Биллем Смитом.
Так он и поступил. Через две недели Единственный и Томми снова увеселяли публику, а поселок Одинокой горы по–прежнему живет спокойной жизнью.
Голубой сентябрьский полдень. На лугах тепло и ясно. В лесной чаще — прохладные сумерки.
Немного в стороне от других деревьев стоит высокий дуб. Его вершина давным–давно расщеплена ударами молний. Одна из его уродливых и сучковатых веток, покрытая редкой листвой, тянется кверху, открывая в стволе круглое темное отверстие. Жизнь еще упорно держится в наружных слоях дерева и в его грубой, шероховатой коре, но сердцевина его давно уже гниет. Круглый вход у самого почти основания ветки, проделанный в живых еще слоях, ведет в самые недра лесного великана. На противоположной стороне, выше первого входа, находится второй, ведущий туда же. При тусклом свете, проникающем в дупло через оба входа, можно разглядеть кучку сладко спящих на дне его маленьких, покрытых рыжевато–бурою шерстью созданий.
Сладко дремлет лес, обласканный полуденным теплом, и все кругом тихо и безмолвно. Но вот тишину нарушают звуки приближающихся шагов. Трещат под ногами сухие ветки. Шаги эти, конечно, человеческие. Ни одно живое существо, кроме человека, не осмелится так грубо и беззаботно нарушать тишину природы. Все дикие обитатели леса, от медведя до мыши, ходят всегда осторожно, крадучись, стараясь все видеть и быть невидимыми, заниматься охотой и избегать охотников.
Среди высоких тенистых деревьев движутся двое: рослый широкоплечий лесник с топором в руке и тоненький, худенький мальчик с легким ружьем. Особенно шумит лесник, обутый в тяжелые сапоги и широко шагающий. У мальчика на ногах мокасины, и он идет беззвучно, как индеец. Его быстрые голубые глаза зорко всматриваются в каждый куст, в каждый пень, в каждую ветку, надеясь подметить какую–нибудь лесную тайну.
Поравнявшись с разбитым молнией дубом, мальчик остановился и посмотрел наверх.
— Хотел бы я знать, кто живет вот в этой дыре, Джеб? — сказал он.
Лесник тоже поднял голову.
— Это беличье дерево, — ответил он.
— Беличье дерево? — повторил удивленно мальчик. — Как будто не всякое дерево беличье, когда кругом прыгают белки?
— Ну, нет! Белка белке — рознь. Вот сейчас увидишь.
Лесник поднял топор и ударил обухом три или четыре раза по дереву. В ту же минуту из дупла выглянуло маленькое животное и тотчас же взлетело на воздух. Да, взлетело, хотя отважное создание — настоящее четвероногое, а не птица. За ним с той же стремительностью вылетели шесть или семь таких же крохотных белок и скрылись среди таинственных теней чащи. Все они летели, широко расставив ноги, соединенные меховой перепонкой. В воздухе они были похожи на продолговатые игрушечные зонтики, сломанные ветром. Мальчик посмотрел им вслед и вскрикнул от удивления, стараясь не упустить из виду ни одного из зверьков. Но все они сразу исчезли в листве деревьев.
Впрочем, не все. Как только белочки стали вылетать из своей крепости, лесник отхватил топором ветку и бросил ее вдогонку последней белке. Лесник всегда очень метко бросал в цель топор, кирку или палку, но на этот раз благодаря обманчивым теням и мелькавшим светлым пятнам промахнулся. Он только слегка задел пушистый хвост. Хвост был для белки рулем. Сильный и гибкий, этот руль лишь отклонился в сторону, не потерпев никакого повреждения. Но крохотный воздухоплаватель потерял равновесие и стремглав спустился на землю.
— Ах! — огорченно воскликнул мальчик.
Но его любопытство тотчас же взяло верх над сожалением. Вместе с лесником он бросился вперед, надеясь схватить и рассмотреть упавшего зверька.
Но зверек исчез бесследно. Оба они видели, как белка свалилась с дерева, оба они заметили, куда она упала, а между тем они ничего не нашли, кроме слегка смятой поверхности мха.
— Перехитрила, плутовка! — сказал лесник, почесывая щетинистый подбородок и внимательно разглядывая кусты.
— И прекрасно! — воскликнул мальчик. — Я очень рад, что она убежала… Я боялся, что ты убил ее, Джеб.
— Я хотел только свалить ее, — ответил лесник. — Ну, теперь ты знаешь, где они живут, и можешь живьем словить белочку ловушкой, если захочешь познакомиться с ними.
