Небольшой российский город. Наши дни. Подруги по школе: Вера, Люба и Надя давно живут своими взрослыми заботами: дом, семья, работа.Аномальные природные явления нарушают повседневную жизнь города.Бывшие одноклассницы стараются сохранить то, что для них дорого: отношения с близкими, карьеру, благополучие. Но…Как преодолеть препятствия? Где взять силы? А вдруг все их действия – ошибка? Главным героиням романа предстоит понять, что для них является самым важным.
Автор книги благодарит за помощь в работе над книгой:
1. Татьяну Денисову – автора – художника обложки книги.
2. Владимира Поздеева – бета-ридера и первого критика.
3. Марию Найданову – идейного вдохновителя, автора многих идей и строгого тайм-менеджера.
В детстве Вера верила сказкам и точно знала, что Царевна-Лягушка сбросит кожу и обязательно превратится в Василису Премудрую. Только нигде не было сказано, останется ли она Царевной.
Вера взглянула в окно и зевнула.
По-осеннему тусклый солнечный луч, проникал сквозь грязные стекла в цех, но совсем не радовал. До конца смены еще далеко, до зарплаты еще дальше.
Вера закашлялась. К плохой вентиляции, грязным окнам, скучной работе и Платоше Вера привыкла. Кроме макаронной фабрики в этом отдаленном районе все равно работать негде. Главное, прожить можно. Уже хорошо!
Резкий женский вскрик разорвал однообразный механический шум цеха. Вера вздрогнула от неожиданности и оглянулась. Крик перешел в жалобный стон.
Нина лежала около тестомесильной машины. Кровавые капли проступали сквозь дыру в штанине белого комбинезона. Темно-красная струйка стекала на бетонный пол. Вера бросилась к подруге.
Гул производственных установок постепенно стих.
Кто-то испуганно плакал, кто-то причитал. Женщины бестолково суетились около пострадавшей. Раздавались удивленные возгласы. Одни пытались поднять раненную. Другие требовали: «Пусть лежит!» Кто-то из работниц положил Нине под голову свернутую косынку.
Вера ощутила приторный запах крови. Дыхание участилось. Сердце громко застучало.
Что делать?
Женщина переводила взгляд с раны, на бледное лицо Нины. С пострадавшей на столпившихся работниц. Мысли разбегались.
Вспомнила!
Вера метнулась к ящику первой помощи, висевшему на стене. Руки тряслись. Она схватила резиновую трубку и подбежала к раненной. Опустилась на колени. А дальше? Вера бестолково крутила жгут в руках. Куда его накладывают? Она проходила инструктаж по охране труда. Там об этом рассказывали и даже показывали. Вера помнила, как брыкалась работница, которой «останавливали кровотечение», и все смеялись. А вот как это правильно делать, Вера забыла.
Пожилая работница забрала у нее резиновый жгут и деловито затянула резину на бедре пострадавшей, не обращая внимания на Нинкин скулеж.
– Нонешние! Ничего не умеют! - проворчала она.
Кто-то побежал в раздевалку вызывать скорую.
Не слыша привычного шума, в цех деловой походкой поспешил Платон Михеевич. Непорядок! Смена идет - цех стоит. Что начальству докладывать?
– А ну-ка! Че это здесь, бабы? Почему не работаем? - послышался грозный мужской окрик.
Начальник участка подошел к толпе и протиснулся вперед. Он уставился на лежащую в крови Нинку.
– Ты, это, че?
Он с подозрением уставился на женщину: уж не симулирует ли?
Вера сидела на коленях возле подруги и гладила Нину по руке. Она оглянулась.
– Что, Михеич? Смотришь, значит видишь. Не думай, что Нина цирк показывает.
Начальник участка с ужасом уставился на рану. Он пытался что-то произнести, но лишь открывал и закрывал рот.
Из приоткрытых окон донеслась сирена скорой помощи. Платон ахнул. Мастер до сих пор не знает о происшествии. Директору о несчастном случае сообщит охрана на проходной.
А кто виноват? Он! Платон Михеевич! Не доложил вовремя!
Так не должно быть. Не положено!
Платон возмущенно покачал головой.
Ох, уж эти девки! Лезут не в свое дело. Все не вовремя делают. Кто просил скорую вызывать, пока он начальству не сообщил? Кто им такие права дал? А теперь что?
Платон Михеевич потряс кулаком.
– Всех вас… - воскликнул он и побежал докладывать.
Молодые ребята в синих костюмах с красными крестами обработали рану и уложили пострадавшую на носилки. Нина тихо постанывала.
Она прикрыла тыльной стороной ладони глаза.
– Ну вот и все! Отрежут ногу. Кому я такая нужна буду? Уж лучше смерть!
Фельдшер хмыкнул:
– Отрезать пока не будем. Нас за это ругают - пошутил он и серьезно добавил - Просто швы наложим.
– Ну, если ругают, тогда ладно - сразу успокоилась Нина.
Она приподняла голову.
– Верик, а Платон Михеевич сможет сопроводить меня до больницы? - с трагизмом в голосе спросила травмированная.
Вера не раз слышала от Нины о чувствах к Платону.
– Нет, Нин. Он сейчас очень занят.
Платоша явно не горел желанием ехать в больницу с пострадавшей.
– Верик, а ты со мной поедешь? Ты же не бросишь меня на произвол судьбы – продолжала ныть женщина.
– Конечно, Нин. Доктор, раз пострадала, надо сопровождать?
Вера вопросительно посмотрела на человека в синем костюме с красным крестом. Фельдшер пожал плечами.
– В данном случае можно обойтись без сопровождающего.
Нина посмотрела взглядом собаки, выпрашивающей сосиску.
