Континент Эдом населяют люди, но скрытно от большинства живут Белые Великаны – потомки древних цивилизаций, а так же мурийцы – подводные жители. Много сотен лет назад была страшная война, почти уничтожившая обе расы. Часть Белых Великанов смешалась с людьми и населила Эдом, а часть живёт в древних Цитаделях, не доступных человеку, и вместе с мурийцами следит за балансом добра и зла в мире.Царевна Тира, наследница Тентумбрии, едет на свою свадьбу с наследником могущественной державы, но по воле будущей свекрови, злой ведьмы Мортиды, оказывается в плену, а потом пускается в приключения, пытаясь вернуться на родину
На вершине угольно-чёрной скалы, грани которой выхватывали отражения всполохов единственного зажженного факела, стояла фигура. Закутанная в сверкающий плащ, она будто светилась в темноте ночи, одиноко нависая над уходящим в пучину волн обрывом. Фигура стояла не шелохнувшись, пристально всматриваясь, как внизу с шипением разбиваются о камень смоляного цвета волны. С каждым ударом выбивали они из скал пламя и искры. Но вот, в один миг, море взволновалось так, что волны стали взлетать почти к самым ногам светлой фигуры. Пучина вздулась, начала подниматься выше и выше, пока не достигла вершины. И вот уже кажется, что кипящие воды поглотят белую фигуру, но она не шевелится, не отступает и так же пристально смотрит. А волна, тем временем, закружила водоворот и будто выплюнула на твердь вторую фигуру, долговязую, в тусклом свете совсем черную, как сама скала и вода. И тут же волна разбилась об утёс и схлынула, окатив обе фигуры каскадом искр.
– Здравствуй, друг мой, Нэрбэ, ты звал меня? – зычно произнесла тёмная фигура.
– Олей! Звать тебя долго не пришлось, друг. – С извечной усталостью в голосе произнёс Нэрбэ и жестом пригласил Олея пройти в глубь скалы.
Таинственными фигурами оказались Нэрбэ, старший из всех оставшихся на Эдоме Белых Великанов, как звали их люди, и Олей, царь подводной, когда-то самой могущественной, империи мурийцев. Они прошли к выбитому в толще камня выступу и присели на него.
– Так зачем, всё же, ты позвал меня, Нэрбэ? Ведь, хоть сейчас мы и живём мирно с вашим народом, много столетий назад наши предки жестоко воевали друг с другом.
– Да, Олей, ты прав, много меж нами было всего, но вам ли – тем, кто уничтожил нашу родину, напоминать о прошлом? Сейчас оба наши народа живут скрытно от людей, как и договорились наши отцы давным-давно. И много, о чем ещё договорились, как ты знаешь.
Муриец отвёл взгляд и кивнул. Его зеленоватая кожа подсыхала на воздухе и начинала светлеть. Лицо заострялось и менялось буквально на глазах. К сожалению, мурийцы не могут долго обходиться без воды, поэтому разговор будет по делу.
– Хорошо, – снова начал Нэрбэ, – не будем пустословить. К делу. Мне поступило сообщение о том, что в Сулистане к власти рвется та девочка, Мортида, ты должен её помнить. Она погубила свою сестру и обрела кое-какую силу. Я видел её, она сейчас на пути в Сул, и много бед ее черная душа может причинить всему Эдому. В видениях моих проскользнуло, что она снова, как и много веков до неё делали другие смертные, захочет абсолютной власти над миром. И, как любой тиран, будет добиваться её силой оружия. – Нэрбэ сделал многозначительную паузу. – А это, как ты знаешь, непременно приведёт к таким непоправимым разрушениям, которых мы с тобой обязаны избегать.
– Ого. – нахмурился Олей, – неужели снова мир на пороге тех ужасов, что происходили когда-то меж нами…
– Да, друг мой. И нам нужно как можно быстрее это остановить!
– Да-да, ты прав, лучше сразу это пресечь, пока они не уничтожили друг друга, как те, что жили до них. Да и как наши народы тоже. Мурийцев осталась горстка, а вас и того меньше. Но что же делать? Может, просто убить эту Мортиду?
– Глупости, на ее место непременно придёт кто-то ещё. Сейчас нужно действовать, и действовать решительно. Но я уже устал делать ставки на слабых смертных. Потом ошибаться и исправлять то, что они сотворили. Поэтому и позвал тебя. – Первый раз за долгое время в черных глазах Нэрбэ мелькнула искра надежды. – Что скажешь о царевиче Тирии?
Олей лукаво приподнял уголок пересохших губ.
– Тот, что сейчас идёт морем за сулистанской невестой?
– Да! Он не должен заключить этот брак! Я приготовил ему другую жену.
– Хитрец. А мне, видимо, ты отвел роль сводника.
– Да, повелитель морей! Ты всё верно понимаешь, как всегда. – Ответил Нэрбэ с довольной улыбкой на белоснежном лице.
Олей снова ухмыльнулся.
– Хорошо, помогу. И что, ты думаешь, он в силах остановить Мортиду? Остановить войну?
Нэрбэ свел массивные брови к переносице. Задумался.
– Нет, не на него я рассчитываю.
– Ох, – закатил глаза Олей, – только не говори, что будешь ждать этого от его сыновей!
На лице Нэрбэ засияла невольная улыбка.
– Да, ты прав, но не сыновей. Будет у Тирия первенцем девочка.
– Женщина? Спасет Эдом?
– Да.
Царевич Тирий, наследник престола крупной северной державы Тентумбрии, стоял на носу небольшого гребного судна и с грустью всматривался в первые, еще совсем тусклые, звёзды. Чёрные, до лопаток, кудри были стянуты в две тугие косы, показывая его принадлежность к царской династии Аркелидов. Обветренное в морских битвах лицо его выражало крайнее беспокойство.
Молодой жених плыл к своей наречённой – младшей сестре Мобаса, правителя Сулистана, прекрасной и добродетельной принцессе Руде. Но, внезапно налетевший будто изниоткуда шторм, разметал небольшую флотилию царевича так, что теперь кругом не было видно ни кромки суши, вдоль которой они шли, ни следа от других пяти кораблей.
