Хотя шел еще только двенадцатый час, я решила, что мне срочно требуется перекусить, дабы восстановить душевный баланс (ну да, я возвращаю внутреннее равновесие через желудок). Для столовой было еще рановато, поэтому я отправилась в бар-кафетерий на втором этаже. Некоторые сотрудники любили в одиннадцать часов выпить чашечку кофе, но вообще-то там в это время никогда не было многолюдно. Я заказала капучино и мороженое с клубничным сиропом и вафельками и в приятном предвкушении разместилась за столиком у окна. Настроение улучшалось с каждой скушанной калорией и с мыслью о том, что пятнадцать минут назад началась работа так называемой «комиссии», а меня там нет. Жаль, конечно, что девчонкам достанется, но ведь они менее опасны, чем я? А уж мне-то бы… а уж я-то… да если бы все открылось… Прервав депрессионный поток бессознательного, я сделала большой глоток кофе и удобно подперла голову рукой. Надо бы пойти в кабинет поработать, а не болтаться на виду у всех, не дай бог, опять наткнусь на Мориц или кого из членов комиссии… Я сделала еще глоток, и это перестало меня волновать. Как все-таки вкусно! И мороженое качественное, сливочное. Зазвонил мобильник, и я, взглянув на экран, мгновенно ответила:
– Да?
– Региночка, – раздался бодрый голос Дарта-младшего, – нам доставили пакет.
– Не с бомбой, надеюсь? – кисло пошутила я.
– Нет, Региночка, что ты! – Дилан добавил в голос проникновенной заботы. – У тебя все хорошо?
– Ага, – все так же кисло соврала я. – Так с чем пакет?
– С документами, – радостно сообщил экс-вампир. – Три паспорта, три страховых свидетельства, три идентификационные карточки и водительские права.
– Серьезно? – Я недоверчиво взглянула на часы, хотя делала это совсем недавно. Все верно, еще нет и полудня. Молодец, однако, принц вампиров, как все быстро обстряпал! Невероятно! Надеюсь, он их не просто сам наколдовал? – Ну и как вам паспорта? – поинтересовалась я, поедая сладкое наслаждение.
– Ронн недоволен, говорит, на фотке плохо вышел. Просит переснять. А я так ничего, очень даже.
Я подавилась мороженым.
– Я не об этом. Как их качество?
Дилан перестал дурачиться и многозначительно хмыкнул:
– Региночка, с тех пор как я мог с одного взгляда отличить поддельный паспорт от подлинного, прошло семьдесят лет, технологии поменялись. – Он задумчиво помолчал, видимо внимательно рассматривая документы. – Выглядят солидно. Но нам и сравнить-то не с чем. Ты ведь свой забрала с собой?
– Да, я всегда ношу с собой все личные документы, – сказала я, не реагируя на настойчивые просьбы внутреннего голоса задать Дилану пару вопросов, а именно: первый – как он вообще паспорта мог различать и в связи с чем? Второй – они что, опять у меня в столе рылись?! Ладно, если только в столе! – Ну что же, прекрасно. А вы чем заняты?
– Да так, – уклончиво ответил Дилан.
– Приберитесь в доме, – догадалась приказать я. – Только аккуратно, ничего не сломайте.
– Хорошо, Региночка.
– И крыльцо подметите!
– Понял, Региночка, до вечера.
– И ужин приготовьте!
Дилан поспешно отключился.
– Ну вот, не успела сказать, чтобы унитаз почистили, – расстроилась я, глядя на телефон. Может, перезвонить?
Я с сомнением повертела аппарат в руке, в задумчивости повращала глазами и… столкнулась взглядом с входящим в кафетерий Сташеком. Я слегка оторопела от неожиданности – еще и двенадцати нет, разве он не должен быть на заседании этой, как ее, комиссии? Боже, а что, если они общее собрание уже закончили и сейчас разбредаются по зданию?! Надо быстрее укрыться у себя в кабинете!
Я сдержанно кивнула Сташеку, он ответил мне тем же и в той же манере. Капучино безнадежно остыл и уже не казался вкусным. Хорошо хоть успела мороженого наесться в удовольствие!
Я поднялась, быстро сунула в сумку мобильник (словно наяву услышав облегченный вздох Первородных на другом конце города) и направилась к выходу. Проходя мимо Сташека, комфортно устроившегося с мятным чаем за барной стойкой, я слегка притормозила, ибо внутренний голос пытался донести до меня какую-то мысль, связанную с целителем, но делал это невнятно, и я, подождав секунду, но так ничего и не вспомнив, махнула рукой на них обоих – внутренний голос и Сташека – и покинула кафе.
