– Вдоволь наигравшись, они бросили Дилана – тот если еще не умер, то просто обязан был это сделать в ближайшие минуты – и ушли, сопровождаемые сиренами как всегда припозднившейся полиции. – Тут Брэд прервал рассказ, задумчиво почесал подбородок и глубокомысленно изрек: – Хотя, я думаю, полиция была в курсе: это ж как удобно – избавиться от наемного убийцы чужими клыками! Наверное, основное их дело было не дать ему восстать, на тот случай, если вдруг…
– Ладно, перестань гадать и продолжай, – поморщилась я. – Кстати, а что, сирены на полицейских машинах в тридцатых уже были?
– Вот ведь дотошная! – недовольно скривился Ронн. – Всю романтику губит!
Я покосилась на него, собираясь поинтересоваться, где он тут романтику рассмотрел, но сочла за благо промолчать.
– Насчет сирен не знаю, – признался Брэд. – Я-то долго живу, и все в основном вампиром, детали смазываются. Просто выражение расхожее и к месту было.
– Ты уже не мешай больше! – нетерпеливо пропыхтел Ронн. (Это мне.) – Давай дальше, пожалуйста! (Это Брэду.)
– Так вот, все было спланировано так, чтобы Дилану бесповоротно скончаться в страшных мучениях, но злодеи недооценили нашего парня. – В голосе Брэда зазвучали горделивые нотки. – И не учли несколько моментов.
– Вот так-то! – торжествующе гаркнул Ронн, отчего мое левое ухо заложило.
– Во-первых, Дилан заранее изучил переулок и обнаружил весьма хитроумно спрятанный вход в брошенный подвал, – начал перечислять Брэд.
– Ну, слава богу, догадался! – пробормотала я.
– Ага, ты тоже переживаешь! – уличил меня Ронн.
– Просто наивность и доверчивость как-то совсем не вяжутся с образом гангстера и наемного убийцы, – объяснила я.
– Во-вторых, он не умер от шока и потери крови на месте, и у него хватило сил уползти в присмотренное убежище, – рассказывал Брэд. – Ну, и в-третьих, Дилан успел пару раз полоснуть вампиров, и их кровь смешалась с его.
Я разомкнула душившие меня объятия футболиста и, встав с дивана, подошла к окну, скрестив руки на груди, закрыла глаза и как наяву увидела Дилана. Увидела, как он проверяет подвал, в котором когда-то прятали нелегальный алкоголь, как заранее открывает лаз и маскирует его со стороны улицы фанерным щитом. Он ожидает разборок, но удивлен, что это вампиры – как-то это не по понятиям. Нож скользит из рукава в ладонь, и в первые секунды Дилан успевает вогнать его в худого лохматого вампира, пачкает руку в его крови и подносит ее к губам, в то время как второй вампир когтями распарывает ему спину.
Картинка сменилась, и я увидела полицейскую машину, поняла вслед за Диланом, что копы побоятся сразу войти в переулок, где резвились раззадоренные вампиры, а значит, у меня есть пара минут, чтобы доползти до подвала и закрыть лаз изнутри. Свалилась мешком на пол, умудрилась усмехнуться разбитыми губами: из этого подвала есть выход не только наружу, но и в подземные коммуникации, а там меня точно никто не отыщет, если только снова не позовут вампиров… Хваля свою интуицию, которая заставила меня заранее проверить и отомкнуть дверь в коммуникации, и сохраняя сознание только железной силой воли, я переваливаюсь через порог и всем телом наваливаюсь на дверь и задвигаю засов. К этому времени я уже почти ничего не вижу, не слышу и не чувствую… Последнее, на что хватает сил и угасающего разума, – это облизать пальцы, на которых вперемешку с моей кровью запеклась кровь вампира.
Я вздрагиваю и чувствую торжество – я (Дилан) жив! Но вампирской крови было слишком мало, я не восстановился и умру, если не найду себе пропитание. Все мое тело рвет на части, я с воем катаюсь по полу, но так и не могу полностью обратиться, а потом на четвереньках почти по локоть в воде бреду по тоннелю (почему здесь всегда так сыро и воняет?). На сладострастном моменте, когда я жадно высасываю уже вторую крысу, мой сеанс связи с Диланом оборвался, к моей очевидной радости.
Тьфу! От оставшегося ощущения мокрой жесткой шерстки на зубах меня опять чуть не вырвало.
– Не знаю, почему вампиры его просто не убили, – задумчиво произнес Брэд. – Отсекли бы голову или сердце вырвали… Поиграться, видать, захотелось… И как ему удалось спастись, в деталях мне тоже неизвестно: среди вампиров не принято распространяться о прошлой жизни, тем более такой, как у Дилана.
– Мне известно. – Я повернулась к Первородным. – Я знаю, как ему удалось спастись: он не дурак и согласился на встречу только в том месте, откуда были пути отхода.
– В общем, Дилан восстал вампиром и за сутки выследил и уничтожил и напавших на него кровососов, и своего бывшего шефа с его подручными, и даже, по слухам, лейтенанта полиции. И если первые смерти никого особо не взволновали, то последняя заставила Чикаго покинуть город и несколько лет скрываться. В пятидесятые он среди первых легализовался и вошел в вампирскую общину Лос-Анджелеса, а в конце прошлого века приехал в Феникс.
Дарт-старший окончил свой рассказ. Мы помолчали.
– А вот меня как обратили… – начал Ронн печальным голосом.
