Я подавила фырканье и согласно кивнула.
– А у меня в «Михалыче» вечерняя смена, так что я тоже пойду, – сказал Дилан и, помолчав, добавил: – Спасибо за то, что потратилась на нас, Регина. Я все верну.
– Да, спасибо, – спохватился Брэд. – И спасибо, что дала нам все выбрать на свой вкус.
Вообще-то это не приходило мне в голову, но раз уж он подал такую замечательную идею…
– А вот это я зря! – живо откликнулась я. – Чего это ты так мрачно оделся? Надо будет подыскать тебе веселенькие шортики!
Брэда перекосило, и он счел за благо промолчать и быстро покинуть террасу.
– Ронн, заканчивай с едой и проводи Регину до самых дверей. Проследи, чтобы она вошла внутрь, – распорядился Дилан.
Чего это он так беспокоится? Ах да, на меня же покушались!
– Кстати, где моя машина? – повернулась я к качку, но ответил Дилан:
– Она на стоянке возле управления, в ней тебя будет ждать Ронн.
– До конца рабочего дня? – округлила я глаза. – Он столько не выдержит!
– Выдержу, – буркнул Ронн. – Послушаю радио, ну и… – он смущенно отвел взгляд, – перекушу чего-нибудь.
– О, только, пожалуйста, не свинячь в моей машине! – простонала я.
– Я аккуратно, – пообещал мой Кулак, но я ему не очень-то поверила.
– У нас теперь второй мобильник, я сбросил тебе номер. Так что я всегда на связи. – Дилан кивнул на прощанье и присоединился к Брэду, который ждал его у перехода.
Я проводила их взглядом.
– Ладно, Ронн, мне в самом деле пора, – вздохнула я. – И так уже задержалась с обеда.
– Сейчас-сейчас, – пробормотал качок, подхватывая последние крошки и торопливо запивая их соком.
Я расплатилась и, повесив сумку через плечо, вышла на ступени веранды. День был замечательный: спокойный, весенний, солнечный, но еще не слишком жаркий. Свежий ветерок ласково коснулся моего лица и волос, и я неожиданно подумала, что не хочу возвращаться в офис. Вернее, вообще не хочу выходить из тени веранды и спускаться по ступеням. Я слегка себя подтолкнула: «Надо, Регина, надо работать!» – и неохотно сделала первый шаг. Но, видимо, уж как-то слишком неохотно, потому что нога в элегантной туфельке на каблучке тут же подвернулась, и я, охнув, ухватилась за щиколотку. Тут же над ухом что-то взвизгнуло, и я инстинктивно отшатнулась. И пока я выпрямлялась, недоуменно хмурясь, Ронн сбил меня с ног. Вернее, сперва я не поняла, что это Ронн. Просто сильный удар, и вот я уже лежу на асфальте. Но боли не было – футболист умудрился перехватить меня одновременно и закрывая, и удерживая на своих руках.
– Что… – начала я, и тут звуки ворвались в мою жизнь. Получается, я пару мгновений ничего не слышала, что ли? А тут крики, топот, шум толпы, хлынувшей – нет, не к нам на помощь, а, наоборот, от нас врассыпную, сигналы машин, визг тормозов…
И вот под эту какофонию Ронн ухватил меня за воротник, и мы едва ли не на четвереньках резвыми ящерицами перебежали за угол кафе под укрытие цветущих малиновых и белых петуний в декоративных деревянных ящиках. Не то чтобы мы очень рассчитывали на петунии, скорее уж на ящики, или на то, что, скрывшись за углом, перестанем быть такой заманчивой мишенью.
– У-ух, – пробормотала я, засев между цветочками и прижимаясь спиной к стене пиццерии. Левая рука продолжала мертвой хваткой сжимать сумку, которая совсем не пострадала, как, впрочем, и я, несмотря на полет со ступеней. Спасибо Ронну, он оказался не только профессионален, но и галантен.
– Как ты? – спросил Ронн, тяжело дыша.
– Нормально, – пробормотала я. – Да здравствует твоя суперскорость.
Хотела сказать это бодро, но не вышло, так что просто констатировала факт.
– Ага, – криво усмехнулся футболист, и я только тут смогла сфокусировать на нем взгляд и почувствовала, как ярость и страх стиснули горло, а левая рука налилась жаром. Мне даже показалось, что глаза мои зажглись диким огнем, до того сильно было желание подорвать здание напротив все целиком, пока покушающаяся на нас тварь не успела уйти. И только слабая мыслишка на периферии сознания, что в доме, кроме нее, еще находятся десятки невинных граждан, удержала меня от этого поступка, и в тот же миг я очертила защитный круг, никого к нам не подпуская. Перевела разрушительную энергию в созидательную. Должна же я уметь это делать? Раздалась трель мобильного, и я поспешно отыскала его в сумке. Звонил Дилан.
– Ко мне! – только и смогла я глухо произнести в трубку. Получилось похоже на собачью команду, но что делать? Эмоции, переполнявшие меня при взгляде на кровавое пятно, расползающееся по модной футболке Ронна, не дали объясниться хоть сколько-нибудь развернуто.
На границе очерченного мною круга (видимо, я все-таки ведьма) стали собираться любопытствующие, подающие традиционные в таких случаях реплики:
– Вы в порядке?
– А что тут происходит?
– Средь бела дня! Совсем обнаглели!
– «Скорую» вызвали?
– Где же полиция?! Полиция!
Я кое-как встала, прикрывая собой Ронна. Левая рука все никак не успокаивалась, и я сжала челюсти, заскрежетав зубами.
– Эй, ты чего? – окликнул меня качок, понаблюдав за моим лицом. – Не трусь, Хозяйка, я не умру! Мы же супер-Дарты, родня Темного Лорда!
