– Подождите пару минут, – расплатившись, попросила она водителя.
Как же ей не хотелось туда идти! Хотелось только одного – сбежать. Она знала наверняка, что это случится, но не сейчас, пока что нужно выждать время. Ее устраивали престижная работа, круг общения, новые знакомства. Значит, надо ждать.
Таковы были условия сделки с судьбой.
Наконец она вышла, нажала на кнопку звонка у железных ворот, прошла через двор, поднялась на крыльцо, обворожительно улыбнулась консьержу… И скоро уже ехала в лифте – на свой ненавистный олимп. К низкорослому седому Зевсу.
Перед дверью в квартиру она вдохнула поглубже, резко выдохнула и нажала еще на одну кнопку звонка. Вершинин открыл и уставился на нее лихорадочным подозрительным взглядом. Слишком подозрительным! И слишком лихорадочным. Он точно сканировал ее, пронизывал лучами рентгена.
Но улыбка Риты могла тронуть кого угодно. Да, это была улыбка как минимум заслуженной актрисы.
– Господи, как я соскучилась! – перешагнув порог, пропела она и повисла на шее у своего хозяина, проклятого рабовладельца.
Чуть помедлив, он прижал ее к себе, такую прекрасную и волнующую, желанную, сексуальную, и Рита поняла, что ее не станут мучить допросами, жестокая размолвка будет великодушно забыта.
– И я соскучился, – простонал ее мучитель. – Так соскучился, Рита… Не оставляй меня больше. Прошу тебя – не оставляй…
– Не буду. В следующий раз возьму тебя на ночь к Наташе. – Рита наспех сбросила туфли. – Но перед ее отцом ты будешь оправдываться сам.
Он нежно прижал ее к себе:
– Шутница!
– Идем в постельку, милый, – чувственно сказала она. – Я об этом мечтала все последние сутки!
Поход в фирму «Прицел», занимавшуюся продажей стрелкового оружия, был для Риты Сотниковой делом самым что ни на есть рядовым. Разумеется, это задание не входило в ее обязанности, но Рита на правах любовницы босса частенько перехватывала у коммерческого отдела самые интересные и денежные темы. Ей предстояло узнать краткую биографию столь серьезной организации, поставить диктофон перед носом директора, перебросить ногу на ногу так, чтобы очередной пузан мог любоваться ее коленями и глотать слюнки, быть веселой, остроумной, в меру кокетливой. Если ей самой захочется быть именно таковой. Потом денек посидеть дома, играя пальчиками на клавиатуре, и в награду получить за полосу солидный гонорар. Вот и вся хитрость. А Вершинин, что тут говорить, не скупился и платил ей хорошо. Однажды дамочка из редакции «Предпринимателя» пошутила в очень узком кругу: мол, плата за проституцию бывает разной – можно наличкой, а можно и гонорарами. До Риты быстро долетела эта весточка. Уже на следующий день говорливую дамочку рассчитали без выходного пособия. Больше никто на ее счет не шутил.
Но, главное, Рита была профессионалом, докой своего дела. Она писала быстрее и лучше многих других. И заместитель Вершинина по коммерческой части Сан Саныч Пантелеев, ценивший способности работников, с радостью доверял ей именно такие задания.
Как она задумала, так и сделала. Быстро и ловко. На ее вопросы отвечал квадратный здоровяк в двубортном пиджаке, похожий, скорее, на вышибалу, чем на руководителя фирмы. Впрочем, возможно, в девяностых годах он и был именно таковым. Кого тогда не убили конкуренты, те и поднялись. Он поедал Риту жадным взглядом избалованного самца с хорошим достатком, который привык покупать все, что не давалось в руки само. Но Рита держала себя неприступно, как женщина, у который есть мужчина.
– У нас скоро будет корпоратив, я бы вас пригласил на бокал шампанского, если не возражаете, – в конце диалога все-таки забросил удочку дородный бугай.
«Опять двадцать пять, – устало подумала Рита. – Но этого следовало ожидать».
Вслух она сказала:
– Я свои-то корпоративы пропускаю, столько работы! Я ведь, если вы меня понимаете, буквально правая рука Льва Витальевича Вершинина. Тащу на своих хрупких плечах половину журнала.
Рита сказала это так, чтобы между строк прозвучало: я – любовница босса, не приставайте ко мне, пожалуйста. Кажется, бугай все понял.
А когда статья, освещавшая деятельность «Прицела», вышла в свет, в редакцию позвонили. На проводе был директор. Рита сразу вспомнила малосимпатичного тяжелоатлета в двубортном пиджаке. Она была уверена, что уже никогда не увидит его. «Как же зовут эту гориллу? – стала вспоминать она. – Очень серьезно прозвучало его имя-отчество. Вот же напасть…»
– Уважаемая Маргарита Павловна, – многозначительным тоном начал тот. – Я вас попрошу на неделе заехать в нашу контору. Для вас приготовлен презент. За удачный материал.
– А что за презент? – с нарочитым интересом спросила Рита.
